– Жук у вас «старшой», – ухмыляется Семен Семеныч.
– Не без этого, – соглашается Саша. – А что вы за песню хотели исполнить?
– Про Отелло?
– Ага.
– Что ж – извольте, да не завянут ваши ухи:
Отелло, мавр венецианский,
Один домишко посещал.
Шекспир узнал про это дело
И водевильчик написал…
Мотивчик очень напоминает что-то знакомое. Ах да! Конечно! Это же «Когда б имел златые горы…».
– Бис. Браво, бис, – вежливо говорит Саша и тихо хлопает в ладоши. Присоединяюсь.
– Вот если Валерка оклемается, мы вам еще споем дуэтом. Как, Доктор, есть у Валерки такой шанс?
– Возможно. Нечего далеко ходить – Кутузову в голову дважды пули попадали. И вполне себе выжил и ума не растерял. А вы бы нам в команде здорово пригодились.
– Я понимаю. Но тут такое дело…
– Мы помним, – отвечает Саша. – Пока – «раб лампы».
– Вот именно. Вот байку мне одессит-дальнобойщик рассказал. По длинной, дикой, утомительной дороге шел человек с собакой. Шел он себе, шел, устал, собака тоже устала. Вдруг перед ним оазис! Прекрасные ворота; за оградой дворец, музыка, цветы, журчание ручья – словом, отдых. «Что это такое?» – спросил путешественник у привратника. «Это рай, ты уже умер, и теперь можешь войти и отдохнуть по-настоящему». – «А есть там вода?» – «Сколько угодно: чистые фонтаны, прохладные бассейны». – «А поесть дадут?» – «Все, что захочешь». – «Но со мной собака». – «Сожалею, с собаками нельзя. Ее придется оставить здесь, за воротами». И тогда путешественник пошел мимо. Через некоторое время дорога привела его на ферму. У ворот тоже сидел привратник. «Я хочу пить», – попросил путешественник. «Заходи, во дворе есть колодец». – «А моя собака?» – «Возле колодца увидишь поилку». – «А поесть?» – «Могу угостить тебя ужином». – «А собаке?» – «Найдется косточка». – «А что это за место?» – «Это рай». – «Как так? Привратник у дворца неподалеку сказал мне, что рай – там». – «Врет он все. Там ад». – «Как же вы в раю это терпите?» – «Это нам очень полезно. До рая доходят только те, кто не бросает своих друзей».
Некоторое время перевариваем. Наконец Саша спрашивает:
– А это про собак или вообще?
– Я так думаю – вообще. Про друзей.
– Ну а я лично думаю, что нынче далеко не все собаки – друзья.
– А некоторые друзья – собаки.
– Интересно еще что, собака – это оскорбление или похвала?
– Дык это то же, что разбираться – незваный гость хуже татарина или все же политкорректно – лучше татарина? – деликатно подводит черту Семен Семеныч.
– Ит ыз зэ квесчен! – сверкает познанием английского Саша.
– Вы меня поймите верно… – начинает опять объяснять Семен Семеныч.
– Понимаем. Пока ваш сын и друг лечатся в больнице, вы всей душой там. Но будем вам рады.
– Спасибо.