Я с грустью смотрю в почти прозрачные свето-голубые глаза.
– Ну да, ну да! – слышу за спиной обиженный голос. – А мы тут все не ко двору. Сирые и убогие! Мимо проходили!
– Привет, Задира! – миролюбиво улыбается Художник, открывая ряд крупных зубов, с желтоватым налетом. – Какими судьбами? Давно в наши края не захаживала.
– Да вот и не захаживала бы дальше, – зло огрызается Задира. – Если бы твой дружек в тюрьму не загремел! А то, как разглагольствовать о высоком в алкогольном опьянении, так мы – жрецы искусства. А как, вызволять собратьев из беды, так нам не досуг. Тут Задире бесталанной больше всех надо!
– Ты говоришь загадками, подруга, – распевно басит Художник и ласково глядит на ощетинившуюся Задиру. – Кто в нашем дивном королевстве анархии и вседозволенности в тюрьму мог угодить? На моей памяти там Страх пожизненное «мотал». А так, особо вредных для благоденствия нашей Вселенной вроде среди нас и нет.
– Если ты хочешь знать, – Страх давно уже на свободе! И пока ты в благодушии винных паров куришь фимиам в храме Творчества, он развернул масштабную подпольную деятельность. И подрывает основы нашего, и так не очень-то идеального общества. Плетет интриги. И вот результат – Поэт в тюрьме.
– Что!!! – резко вскакивает Художник и пластиковый стул с шумом опрокидывается на каменные плиты. – Поэт! Как такое может быть? За что? Почему?
– Сами мало пока знаем, – примирительно говорит Задира. – Скоро Умняга с Суетой заявятся – протокол заседания суда принесут. Тогда и узнаем во всех подробностях.
– Как же так? – недоумевает Художник, нервно похрустывая пальцами. – Он же – жрец. Личность не прикосновенная! Так же давно заведено нашими правилами.
– Ага! Раньше так и было. Но, видимо сейчас времена изменились…
ПРОТОКОЛ СУДА
Шевеление кустов в разломе ограды привлекает наше внимание. И мы разом оборачиваемся. Через несколько мгновений отбиваясь от хлестких веток появляется Стремительность. Следом за ней бочком протискивается Умняга.
– Привела, – не глядя на нас, бубнит Стремительность сосредоточенно отлепляя репейники от юбки.
– Добрый день высокочтимые! – складывая ладошки перед грудью и кланяясь, благоговейно произносит Умняга, и почему-то с восторгом смотрит на меня.
– Что это ещё за театр одного актера? – фыркает Задира. – Где это ты нахваталась подобной банальщины?
– Я не нахваталась, – краснея произносит Умняга. – Просто в умных книгах написано, что ко Вселенной, в которой ты живешь, нужно относится с почтением.
Умняга продолжает отвешивать поклоны мне и Художнику, искоса поглядывая вокруг. Видно, что ей интересно.
– Да? Из книги значит? – язвительно хмыкает Задира. – Чем высокопарные речи из мудреных книг произносить, лучше для Ольги… или пардон, – для Вселенной что-нибудь полезное сделать. А не тупой овцой суд над гением конспектировать!
– А что я могла поделать? Я… Я…
– Перестань,