– Сто-о-о-ой!
– Стой, тебе говорят!
Дворцовая Стража – самое условное из всех военных подразделений Альра’Иллы – вообще не была привычна к бегу, поэтому, как всегда, компенсировала недостаток скорости зычным ором, от которого любая другая свинья давно бы свихнулась… кроме Плинга. Дуан прекрасно это знал. Животное затормозило возле королевских сапог и вскинуло круглое рыльце с торчащими клыками. Дуан, быстро наклонившись, подхватил поросенка на руки и шагнул вперед.
– Что тут происходит, хотелось бы мне знать? Почему шумим?
Стража тоже застыла, разглядев короля; как по команде, мужчины опустили оружие. Дуан сделал еще пару ленивых шагов, и три руки разом взметнулись в почтительном приветствии.
– Ваша светлость!
– Мы!..
– Дай я скажу, недоумок!
– Сам недоумок!
– Заткнули пасти, – отрубил начальник караула, выступая вперед и старательно втягивая живот. Мужчина с любопытством таращился на поросенка, блаженно замершего у Дуана в руках. – Как вам известно, мы проверяем королевские подарки от…
– Мне не известно, – с некоторым удивлением перебил Дуан. – Какие подарки? Почему я слышу об этом впервые?
Начальник караула обеспокоенно заерзал и обернулся, но на этот раз часовые – здоровенные лбы примерно возраста Дуана – порадовались приказу заткнуться. Они молчали, стоя навытяжку, не моргали и, может, не дышали. Мужчина вздохнул, безропотно принимая этот пинок богини судьбы.
– Видимо, советник по Безопасности не успел поставить вас в известность, ваша светлость, а до этого вы очень спешно отбыли… Народ уже давно несет к главным воротам замка все, что, как считает, может вам понравиться. В знак радости от вашего возвращения. Шубы… кристаллы соли… самоцветы… в прошлый Вэн, первый день после вашего отбытия, был рыбный пирог, но…
– Полагаю, его давно уже нет, – слабо усмехнулся нуц, успевший отлепиться от стены и приблизиться.
– Полагаю, та’аш Кеварро прав, – не сдержал смешка и Дуан.
Часовые потупились: вероятно, в Вэн коробки проверяли как раз они. Начальник караула, видимо, решил выручить подчиненных и поэтому продолжил:
– А еще украшения, кинжалы, стулья, горшки – ночные и обычные… чего только нет, мы все аккуратно составляем в специальной комнате для вас, кроме…
– Кроме съедобного, – все же решился и пробасил один из часовых, повыше и черноволосый. – А то вдруг вы это…
– Благородная жертва – не дать мне отравиться, – одобрил Дуан и негромко прошептал, покосившись на Кеварро: – Или отожраться.
Советник в ответ на последнее слово удивленно вскинул брови, и Дуан прикусил губу. Все время говорить только придворным языком было просто невыносимо, особенно если выпить за ужином. Хмурясь, Дуан возобновил свой допрос:
– А что это? – Он слегка встряхнул поросенком, отнесшимся к этому с полным равнодушием. – Вы загнали беднягу ко мне на этаж, потому что приравняли к съедобному?