– Такого размера сможете мне вилку сделать?
Он, осмотрев предмет и рисунок, кивнул, затем позвал мастера, который, кланяясь, испуганно подошёл к нам, и тогда главный показал ему рисунок и золотую ложку. Изучив всё, тот прошептал ему на ухо одну фразу.
– Нужен материал твоё величество, у нас, к сожалению, нет золота, – ответил мне уже главный.
Я снял браслет с руки, взвесил его на руке, по весу он был примерно такой же, как и ложка, отдав его мастеру. Тот с поклонами принял его у меня.
– Давай поторопись, мы пока подождём здесь, – заметил я, и тот бросился к своим печам, откуда шёл дым.
– А ты пока расскажи мне, чем вы тут занимаетесь, – приказал я главному по работам, спускаясь с колесницы.
Он низко поклонился и пошёл проводить экскурсию. Оказалось, это рабочий городок мастеров, которые возводят пирамиды для знати. Здесь в основном работают семьями, сборными бригадами, в которых были все нужные специальности для постройки и украшения пирамид: художники, резчики, металлурги, проходчики, в общем, целые семьи, которые только и делают, как строят загробные жилища для богатых и знатных. Те им оплачивают работу продуктами, едой и металлом. Услышав в его речи несколько раз повторяющееся незнакомое для меня слово, я поинтересовался:
– Что такое шетит?
Он напрягся и стал думать, но ему на помощь пришёл Бенермерут.
– Это общепринятые весовые единицы, не имеющие материального воплощения, бог Монту, – сказал он, – но в них удобнее сравнивать цену товара, которым люди обмениваются между собой.
– То есть денег у вас нет, – понял я.
– Что такое деньги? – снова вылез любопытный и, главное, осмелевший в моём присутствии Меримаат.
– Попадёшь в Дуат, узнаешь, – проворчал я, что мигом сдуло парня из зоны видимости.
Гуляли мы по мастерским ещё примерно час, за который я составил себе представление о том, в каком убогом веке нахожусь. Всё было настолько примитивно и, главное, трудоёмко, что хотелось выть от тоски, поскольку понимание того, куда я попал, всё больше приходило ко мне, и главным было то, что выхода отсюда не просматривалось никакого.
Вскоре к нам подошёл мастер и подал на вытянутых руках лежащую на льняном полотне золотую вилку, ровно такую, какую я и хотел. Главный управляющий работ принял её у мастера и протянул её мне. Я спокойно взял её с ткани и сравнил со своей ложкой. Если не знать, что вилка была выплавлена недавно, оставаясь тёплой, можно было бы подумать, что они из одного набора. Я был доволен.
Сняв со второй руки золотой браслет, я кинул его мастеру.
– Бог доволен. Это тебе и тому, кто делал её, разделите поровну.
Глаза у присутствующих расширились. Мастер, взяв двумя руками подарок, пригнулся.
– Никак невозможно разделить такой ценный дар, твоё величество, – с ужасом зашептал он, – подарок бога будет