«Это последняя теплая ночь в Якутии. Скоро будет похолодание. Все-таки август на дворе», – сказала Вероника, обернувшись к нему. И он разглядел в мелькании пристанционных огней ее смеющиеся от счастья глаза – в который раз после уже стольких ночей и дней рядом с ней, Эдик не переставал удивляться этим большим черным глазам, которые делали ее похожей на жительницу Юго-Восточной Европы; он не раз говорил Веронике, что она напоминает ему то ли румынку, то ли албанку…
Близких родственников в родном городе у Эдика не оказалось, и он принял предложение Вероники ехать с ней на край земли. Оказалось, что рабочее движение по ветке до Бухты Провидения уже открыли. А там – железнодорожный паром вел до города Ном на побережье Аляски…
– Зачем нам визы, Эдик? – рассмеялась Вероника. – В мире будущего там уже наша земля. Снова наша.
– Как?
– А вот так. Я забыла сказать, что железная дорога построена только вдоль побережья Тихого Океана, где зимой морозы мягче. А через внутренние области восточной Якутии и Чукотки ведут струнные дороги Юницкого, а также трассы экранопланов. Они справляются с потоком грузов и людей – нужны пересадки, но лишь бы меньше иметь дела с вечной мерзлотой и морозами, ведь трасса проходит через полюс холода Северного полушария – Оймякон. Так что скоро пересядем в вагончик, и он, двигаясь по двум тросам, понесется над тайгой и тундрой…
Дорога к городу у залива
На станции на скамейке сидело двое. Оба в плащах и шляпах, ведь в полдень было всё еще прохладно в тени высокой горы, нависшей над зданием небольшого вокзала, а клочья тумана еще не растаяли над восточным перевалом, куда их должен увезти поезд, прибытия которого они ожидали.
Зимой температура в этих горах падала до нуля и заморозки как в Европе схватывали колониальную землю.
При ближайшем рассмотрении оказалось, что сидевший слева мужчина выглядел немного старше своего соседа. Повернув голову к юноше, он обратился с вопросом:
– Как вы думаете, почему открытие новой железной дороги проходит без торжественной церемонии?
– Не знаю, я здесь проездом, – нерешительно отозвался собеседник. – Я вообще-то из глубин континента, с северо-востока. Мои родители были колонистами в джунглях. Наша ферма стоит в стороне и от рек, и от железных дорог.
– До океана здесь недалеко, а перевал невысокий. Но республике Санта-Катарина было невыгодно проводить через свои земли железный путь. Выход к морю у республики и так был – ведь она свободная приморская страна Восточного берега. Так же как и Рио-Гранди после войны, – мужчина вздохнул, и переведя дух, продолжал. – Нижним провинциям, или как теперь их надобно величать, республикам Восточного берега, невыгодна быстрая связь Верхних провинций с океаном. Торговый протекционизм – знаете термин? Поэтому