На этой ноте он встал и вышел из комнаты, я даже не хотел его догонять, да и не мог, ведь его рассказ оставил напряжение, уже вошедшее в состав воздуха. Надышавшись им, я взялся за ручку.
Обыкновенная осенняя история
Свет лениво проскальзывал сквозь задвинутые шторы и никак не доходил до кровати, на которой двенадцатый час спал молодой человек. Можно было бы подумать, что он – большой работяга; молодой парнишка, что тащит на себе мать, отца, работая грузчиком или ломая спину где-нибудь на стройке. Правда же крылась под его диваном, куда закатилась бутылка уже тёплого, мерзкого пива.
Евгений всегда говорил, что «хуже тёплого пива только противное молоко с пенкой». В этом он определённо был прав, ошибался лишь в том, что оставил свой алкоголь открытым и, отвернувшись, уснул, ввинчиваясь в диван, как обычно это у него и бывает после пятой бутылки.
Так и осталось загадкой, почему стеклянная ёмкость в итоге оказалась в горизонтальном положении, укатываясь в пространство, которое тринадцать лет назад было для него самым страшным местом во вселенной.
Ранее там прятался детский ужас: волосатые монстры, когтистые приведения, черти и тому подобные бестии. Теперь же там прячется кошмар взрослого человека.
– Бум! – Ветер, поднявшийся в середине дня, распахнул окно и что есть силы закрыл дверь в комнате. Этот звук стал ударом для его похмельно-сонной головы, после которого он перевернулся и открыл глаза. Евгений с удовольствием проспал бы ещё пару (или десяток) часов, но на столе лежала Причина невозможности проваляться весь день в постели. А ему так хочется, особенно сегодня.
За последние пару лет получалось, что его подушка и одеяло знали о нём больше, чем его друзья, а может, и он сам. Мысли – мысли – мысли; циклическая череда идей вращалась внутри головы и отпечатывалась в постели. Словом, место для сна было верным другом Евгения.
Интересно, а умей наша кровать разговаривать, сколько бы она поведала нам? О том, кто мы, какие сны снятся и какие идеи приходят. Она бы могла помнить наши слёзы и восхищения. Наши ошибки и верные действия. Сколько «решающих» сообщений мы пишем на кровати, сколько вдохновлённых заметок создаём, сколько читаем, смотрим и, главное, рефлексируем – фантастика!
«Забавная глупость», – просочилась сквозь мечтания оценка Евгения. О чём только не подумаешь, лишь бы не вставать.
Поднявшись со своего лежбища, вляпавшись в разлитый алкоголь, он посмотрел на одинокий телевизор, заметив, что пыль на нём расстилалась подобно свежесрезанному газону.
«Убраться, что ли…» – щелчком по голове мелькнула эта мысль, но, как и большинство других, она лишь пришла на остановку и после уехала по своим делам.
Старый диван, сохранившийся со времён Андропова, стоял разложенным с тех пор, как