С ТОБОЙ ТАК МАЛО БЫЛО ПРОЖИТО ВЕКОВ
Я так давно на дне,
придавлена водой со вкусом соли,
разбавленной дождями иногда,
а иногда, простуженной ветрами,
гнётом боли, так глубоко засевшей
под тонкой гладкой кожей
так, что светятся все линии рождения,
опухшие невольно от тоски…
Я так давно на дне,
не хочется всплывать, и сил тех нет,
с которыми когда-то я летала
без крыльев – сверкающими перьями
без прошлого, теперь оно уж есть:
в ногах расположилось лежебоко,
что ржавчиной покрылись все мгновенья…
С тобой так мало было прожито веков
на изгибе
Целый век на изгибе зимы,
и его не растопишь ничем,
и земное уже не во мне:
только фон, и минутка любви.
Замыкающий осени круг,
тишины приворотная зыбь,
многотёмность бесформенных букв
и шаманский тотем пустоты.
В мире ржа перекошенных чащ,
в них секрет недопонятых слов,
да истерика в чёрных глазах:
страха блеск и востока белок.
Упразднились угодные дни
и в беспамятство канула ночь.
Целый век на изгибе зимы,
а в седьмой стороне где-то он
горсть за горстью
Если ты посмотришь на Неё,
то узнаешь, как уходят боги,
шаг за шагом, удаляясь вглубь
за необъяснимые пороги
всех концов дозволенных границ,
прячась за земною чужеземкой,
за леса, за горы до небес,
за глухие, звонкие помехи.
Ты услышишь, как они шумят,
сбрасывая осени повесы,
как хоронят взгляды в янтарях,
перенасыщаясь чернью света.
Если ты посмотришь на Неё,
то увидишь, как любили боги,
горсть за горстью, собирая яд
дорогого в жизни человека
начинка
В утробе квинтэссенции меня
угрюмый мир с февральскою начинкой,
в нём небо не спускает якоря,
земля хрипит, немеет боль в ложбинке.
Светлеет утро в алых парусах,
дымится междудонное раздолье,
худеет воздух в тонких проводах,
перемещаясь оползнем в пригорки.
Ворчит зародыш в корке пуза Ма:
подснежниковый рык пугает солнце,
на ветках ветки душат споры дня,
и лес сжирает вечер, прячет стронций.
На всосанную космосом печаль
косятся тени выцветших остатков
и бьётся недолюбленный хрусталь,
в утробе завершаются осадки
чача ветров
Меня выгуливает ветер,
толкая в спину животом,
а я лечу, лечу, кивая
своей влюблённой головой.
Несусь в космическую кашу
по суматошности