Более авторитетное (все относительно!) Закавказское правительство создано было несколько позже снизу, а именно совокупностью местных организаций революционного происхождения (оставшихся верными Учредительному собранию и не признавших власти Советов) – под названием «Закавказский комиссариат» (ноябрь 1917 г.). После этого формальное обособление от России и создание особой Закавказской республики зависело только от внешних обстоятельств.
Глава II. Грузинский комитет в Петрограде
В конце 1917-го и начале 1918 г. мне довелось быть членом «национального комитета» грузинской колонии в Петрограде. После революции такие комитеты сразу как грибы появились всюду в пределах бывшей империи, от Польши до Тихого океана – где только имелась хотя бы небольшая горсточка людей грузинской породы. И возникли эти организации одновременно, самопроизвольно, свидетельствуя, пожалуй, о жизненности и безыскусственности грузинского национального движения.
Петроградский комитет занимал, по соглашению с владелицей, особняк графини Паниной на Фурштатской.
Обычные его функции – не особняка, а комитета – носили характер консульский (вещь важная при недостатке законной охраны лиц и имуществ) и продовольственный (вещь полезная, когда хлеб делался редкостью). Здесь, в комитете, было средоточие скудных известий, получавшихся из Грузии; здесь же попросту сходились, как в клубе, чтобы поболтать – эпоха к тому располагала – нередко за чашкой чая. В особых случаях созывались общие собрания грузинской колонии[14].
Практическая полезность этой организации не вызывала сомнений: неоднократно комитету удавалось выручать из рук советской полиции лиц зря арестованных; не раз он накормил своих «подопечных» разными, льготно полученными, припасами. Однажды, по его милости, мы все питались в течение долгих дней… телячьими мозгами! Была затем неделя «гречневая» и т. д.
Боюсь, что наше политическое задание – содействовать, насколько это было возможно из Петрограда и в Петрограде, государственному «строительству» Закавказья (не принявшего, как известно, советского переворота 25 октября 1917 г.) – удавалось нам меньше, чем эта скромная «обывательская» работа для нужд нашей общины. Правильных сообщений с Тифлисом не существовало.