– Хорошо, – сказал Фроз, – а почему ты сам не можешь переместиться в свой родной мир, ведь ты путешествовал по мирам?
– Чтобы открыть портал надо знать, где ты находишься. Через сколько миров тебя забросило. Это может знать только маг создавший портал. А мы были брошены не только в пространство, но и во время. Калейдоскоп миров очень изменчив. Не зная длительности портала и временного отрезка вернуться практически не возможно. Миры смещаются, вот мы и заблудились.
– А ты надеешься на нашу технологию, чтобы найти свой мир.
– Да. Я проник на ваш корабль и видел машину с множеством миров и карт неба, но не смог ей воспользоваться. Я думаю, что получив описания созвездий моего мира, вы сможете найти подобный рисунок в своих картах и таким образом определите мир, откуда мы пришли.
– Ты прав, на «Пронзающем» есть уникальное навигационное оборудование. Это специализированное судно для поиска миров в неизведанных областях космоса. Общаясь с личностями Фариеля и Глационы, мы сможем сами увидеть тот звездный рисунок и определить сектор, откуда могут быть видны подобные созвездия. Я сам умею пользоваться навигационным комплексом и возможно мы сможем определить хотя бы направление.
– Только на это и надеюсь Фроз.
– Хорошо, мы принимаем твое предложение, учи нас, а когда мы станем настоящими пространственниками, мы полетим к твоему миру.
Мир Этерния, Артём
Придя в свою комнату, я расстегнул ремень и положил меч и нож на подставку. Потом уселся у стола под окном и немного перекусил.
Да, магия имеет свои преимущества. Заклятие нетленности прекрасно хранило продукты от порчи, и они чудным образом каждый день обновлялись сами собой. Конечно, я понимал, что это кто-то использует бытовую магию, доставляя продукты на мой стол.
Я потянулся к нейромодулю и, вызвав дневник, записал события сегодняшнего дня. После событий связанных с выбором меча я все стал писать в память. Просто по тому, что часто надо было по нескольку раз пересматривать и переслушивать разговоры. Слова всех говоривших часто несли недосказанность и могли трактоваться в нескольких смыслах зачастую противоположных. Этот мир не был чужд интригам, недомолвкам и такому понятию как антифразия. Это с одной стороны радовало, но с другой стороны часто могло нести опасность, так как наличие в мире магии влекло за собой повсеместное ее использование, а я как всегда не имел представления о мире, в котором существовал. Потом я задумался о поведении сущностей своего оружия и решил вызвать их на разговор и спросить, правда ли то, что мне говорил Меринор.
Илавэль появился сразу, как только я его позвал.
– Ты слышал мой разговор с Меринором? – Спросил я, как только он уплотнился и сел напротив меня.
– Да.
– И? Или тебе надо задать прямой вопрос?
– Меринор сказал все верно. Прости, что мы не были с тобой откровенны до конца. Нам скучно и одиноко в нашем мире. Та сущность, что