Хватит. За дело!
Я поднялась по лестнице в свою комнату и вытащила из-под кровати сундук Микельмаса. Чужой глаз увидел бы деревянный ящик с круглой крышкой. Возможно, немного потрепанный, но вполне пригодный для хранения белья. Но, как и всегда, оболочка обманчива.
По моему стуку крышка откинулась, и я взяла бумаги, которые сортировала последние несколько месяцев. Каждый раз, когда я работала с заклинаниями Микельмаса, по моему телу пробегала дрожь волнения. Растрескавшаяся красная и зеленая кожа книг, золотые буквы, все еще заметные на выцветших корешках… Я ощущала себя дома, когда держала эти книги в руках. И не только потому, что была рождена колдуньей: книги давали мне чувство защищенности.
Взяв нужное, я запихнула сундук обратно под кровать и пошла вниз. Диванчик у огня в библиотеке был комфортным, а я знала, что читать мне придется долго.
Пока я шла по коридорам, мне хотелось, чтобы этот великолепный дом не был таким тихим, как мавзолей. Это место не располагало к веселью. На полу лежали ковры, колонны из зеленого мрамора, отделанные золотом, подпирали высокие сводчатые потолки, да еще и витражные стекла, как в церкви… Черный бархат и плотные дамасские занавески заглушали звуки. Со стен неодобрительно смотрели портреты – дамы и господа в накрахмаленных воротниках. В нишах размещались чародейские реликвии. Посох, который принадлежал отцу Блэквуда, лежал в стеклянном ящике у одного из окон. Резьба в виде плюща по всей его длине была типичным для этой семьи рисунком.
Очевидно, и для меня – у моей Кашки был почти такой же.
Зайдя в библиотеку, я обнаружила там Блэквуда на диване и Элизу, стоящую перед ним, ее белый лоб был наморщен.
– Но почему тебе нужно разговаривать с Обри Фоксглавом? – Она нервно играла с кусочком кружева на юбке. В кремовом вечернем платье, с бледной кожей, розовыми губами и волосами цвета воронова крыла, собранными в элегантную прическу, девушка походила на Белоснежку.
– Не забывай, сестрица, – Блэквуд, улыбаясь, взял ее за руку, – его родовое поместье находится в Ирландии. Там ты будешь в безопасности. – Он произнес это так, будто заранее репетировал.
Я откашлялась, чтобы обозначить свое присутствие, и Элиза махнула мне рукой.
– Джордж и я просто разговариваем, – сообщила она с искусственной веселостью.
Чтобы скрыть неловкость, я уткнулась в свои бумаги. Да, очень захватывающие бумаги.
Элиза продолжила, обращаясь к брату:
– Ты не можешь всерьез говорить о Фоксглаве. Он же старик.
– Сорок два, – сказал Блэквуд. – И вполне здоров.
– Ты сказал, что у меня будет выбор. – В голосе Элизы послышалось предупреждение.
– Меньше чем через три недели тебе исполнится шестнадцать. – Блэквуд говорил так высокопарно, что я вздрогнула. – Это традиция – объявлять о помолвке в свой первый бал.
Ну конечно: бал Элизы будет шикарным! Везде