– Да уж… Ваське всё было пофиг, ты хотел стать инженером, а я боялся высоты…
– Однако не так уж и боялся, как оказалось, – Тиль посмотрел на небо. Из-за стекла купола оно выглядело желтоватым.
– Странно, – после недолго молчания продолжил Готтентойл. – Когда горюны сломали купол, через пробоину был виден настоящий цвет неба. А я не помню, каким он был в тот день… Ты помнишь, Рейко?
– Не-а. Меня так тогда полицейские запугали, что я не уверен, помню ли я что-то вообще…
– Я так до сих пор и не понял, зачем всё это было, – Тиль откинулся на спинку скамейки и сдвинул очки на лоб. – Враньё это бесконечное…
После эвакуации из разрушенной Шош-Шаары всех выживших допросили. Когда Готтентойл рассказал полицейским о странном человеке, сиганувшем с крыши, и об алевах, которые появились внутри купола, стражи порядка пригрозили ему психушкой. Официальная версия была такова: Длиннокрыл и Винторог прилетели снаружи, они же и разрушили купол, а остальные горюны появились позже. Тилю ясно дали понять: если он будет утверждать обратное, то быстро загремит на принудительное лечение. То же самое сказали и Андржею с Василиной…
– Я не знаю, – пожал плечами Рейко. – Какая им была разница, кто купол сломал и как? Город-то так и так уничтожили… Так что ты там про небо говорил?
– Да мне просто интересно, почему снаружи оно каждый раз разное, а под куполами – всегда одного и того же цвета?
– Тебе не всё равно? Думаешь, мы часто будем смотреть на настоящее небо?
– Ну, если в Гелайт или Штерайф пойдём служить, то да… Но я хочу после учебки в Канджиён заявление подать…
– Ты?! В Канджиён?! Да там же из людей машины делают!
– Это преувеличение. Они просто много времени уделяют духовным практикам и полностью берут под контроль свои эмоции. Это и позволяет канджёновцам быть значительно сильнее обычных людей…
– Вот оно что, – Рейко искоса посмотрел на друга. – Всё слишком слабым себя считаешь?
– Так а кто я сейчас? Дохляк, очкарик, ботаник. А если я стану кондактером, то меня будут хотя бы уважать…
– Ещё и кондактером? На Блэкторна хочешь быть похожим? – Рейко не зря вспомнил имя этого канджиёновского капитана. Тот считался лучшим истребителем горюнов. О невероятной силе, быстроте реакции и ловкости кондактера Кристиана Блэкторна ходили легенды. Так же, как и о его невероятной жёсткости и бессердечности…
– На него сложно быть похожим, это же человек-легенда, второй после ван Оггенберга…
– Знаешь, – Андржей скрестил руки на груди и насупился. – Я ведь их обоих в своё время видел, вот почти как тебя сейчас. Нас с Васькой отец каждый год на День Короля в Дампфбург возил, там многие известные люди на параде бывали… Капитана ван Оггенберга я видел незадолго до его гибели, ты, кажется, тоже тогда с нами был, а капитана-кондактера Блэкторна – через пару лет после. Они настолько разные, Тиль… Разве что оба – невысокого роста и темноволосые.