Ковчег
В тайге заканчивался июнь и начинался июль. Все сугробы около наших палаток растаяли, и дело оставалось за снегом, который еще лежал в тайге. Мы, геологи и геофизики расхаживали по маршруту, который проложили от вагончика до кухни, а дальше к большой штабной палатке. Делать пока было абсолютно нечего: мы приехали в свой лагерь несколько дней назад и все эти дни занимались уборкой. Медведи, которые проснулись после своей зимней спячки, оставили нам после своего визита настоящий бардак: – сломали все наши палатки и каким-то образом залезли в вагончик, где мы оставили пару ящиков с рыбными консервами.
Не знаю, как это им удалось – окна были такие маленькие, что пролезть в них мог только ребенок. Но им удалось приникнуть в него и обнаружить ящики с консервами. Банки с сайрой были плотно запечатаны еще на рыболовецком траулере, но, тем не менее, мишки учуяли, что в них находиться вкусная рыба и хорошо потрудились, чтобы ее достать: можно только догадываться, как они в тесном пространстве открывали сначала ящики, а потом банки. Подавляющая часть банок была просто расплющена, а остальные носили на себе следы зубов. Наверное, у них не было консервных ножей, и они пользовались своими когтями и зубами.
Мы потратили несколько дней, чтобы привести наш летний санаторий в порядок – поставили палатки, навели порядок в вагончике и сейчас днем ходили между кухней вагончиком. Геофизики сидели со своими приборами, а мы, геологи, выучили геологические карты района наизусть, днем с утра до вечера завтракали, обедали и ужинали, а перед сном играли в карты и курили. Весь алкоголь был нами уничтожен в первые дни, и сейчас мы, все, как один, бросили пить – магазин, в котором можно было купить водку, находился в трехстах километрах и сходить за ней и рисковать своим здоровьем никто не хотел.
Можно конечно часть пути пройти по реке, но она готовилась освободиться ото льда, и это было рискованное занятие – пройти сто пятьдесят километров на лыжах. Кроме того, медведям был нужен белок и они рыскали везде, чтобы съесть все, что удастся им найти. Быть пищей для медведей никто из нас не желал, и мы все держались вместе: – держали наготове ракетницы и карабины, – на всякий случай.
В один прекрасный солнечный день я плюнул на отдых, надел сапоги и по колено в снегу побрел к скалам. Там где-то находилась рудная линза, и я хотел проверить свой концентрометр. Мы с одним геологом ее нашли, и я приступил к заклинаниям, без которых прибор никак не хотел работать. В конце концов, я вспомнил, что кроме заклинаний и проклятий надо было проверить батареи, и когда я их все заменил, то прибор оживился и сказал мне, что здесь никакого урана нет, один торий с калием. Так и должно быть, – но я все-таки надеялся на уран…Возня в тайге с прибором продолжалась часа четыре и под вечер я почувствовал, что стал мерзнуть: – несмотря на июль, кругом был снег и ночью температура опускалась до минус десяти градусов.
Поэтому, после того, как следует замерзли,