В китайской истории имели место попытки наделить даосизм положением государственной религии. Однако же они не увенчались успехом вследствие того, что философия даосизма не совсем совпадала с точкой зрения власть имущих на то, какие устремления должны царить в социуме. Напомним, что речь сейчас идёт о социальных взаимоотношениях Древнего Китая.
Для условий же современного социума будет особенно актуально отметить возможность пути самосовершенствования, – цзы-сю чжи дао, превосходно совмещаться в нём с так называемым путём купца, – шан-дао. Главное, только ни в коем случае не допустить при этом образования у себя, говоря переносно, ″механического сердца″, – ″фа-тяо чжи синь″, что в прямом смысле означает позволить своей психике стать чёрствой.
Конечно, трудясь с потом и кровью как ради собственного жизнеобеспечения, так и во благо общества, мы производим активные и целенаправленные действия. Они же, дабы не диссонировать с ключевым понятием Пути, должны быть не произвольными, а подчинёнными тому высшему доводу, который Конфуций, определял как волю Неба, – Тянь-и. Из этого можно заключить, что подчинение Небу, – шунь-Тянь, – есть присущая конфуцианству добродетель, – дэ-син, занимающая в нём положение, схожее по значению с тем, какое в даосизме отводится недеянию, – у-вэю.
В данном случае мы сталкиваемся с одним из очень характерных образцов компромиссного сосуществования двух отнюдь не схожих между собой учений – даосизма и конфуцианства. В учение же о сокровенном, – сюань-сюэ, углубляться пока не станем.
Как и во многих других философских системах, в даосизме параллельно с собственным философским направлением проявляет наличие ещё и альтернатива в виде народной формы. Такая народная форма даосизма имеет, конечно же, очень мало общего с его истинной сутью.
Никто не утверждает, друзья мои, что самосовершенствование, – цзы-сю, представляет собой простую задачу. Особенно сложно его начать. Как ни крути, а человеческая природа – слаба и ленива! Её пугают предстоящие трудности. Ещё бы, ведь количество информации, которое хлынет на даосского неофита, сопоставима с той лавиной, что обрушится на отважевшегося встать на путь шашек, – ци-дао, то есть на приступившего к постижению премудростей игры в китайские облавные шашки, – вэй-ци, более известные по своему японскому названию – и-го. О, это, воистину, великая игра, создателем которой считается Император Высоченный, – Ди-Яо, – четвёртый из легендарной пятёрки императоров, правящих Поднебесной, – у-ди гуань Тянь-ся. Я вот, к примеру, так и не продвинулся в ней выше уровня любителя. Зато Знаток