Но остальные со «всё» не согласились. Все признали, что Лана ещё что-то скрывает. А Лана уже подумывала, что может лучше рассказать свою последнюю тайну, про замышляемый побег, встать на колени перед царём, подчиниться, сделать его «моим хозяином» и «моим царём», он вроде не злой. Поможет спасти мир. Но тут её подняли, быстро потащили, спустили в лифте и завели в большую мрачную и жуткую комнату в отблесках огня.
Пофиг Лане до всякой мрачности и жути с изображениями костей и монстров, но тут было другое. Пока Лана набирала в рот воздух для крика и выпучивала глаза, с неё ловко сняли платье и спиной уложили на жёсткую скамью, щёлкнули кандалами на ногах, на руках за головой и вокруг талии. Пытошная! Где в жаровнях раскаляются клещи и шипы, с потолка свисает дыба, всюду висят по стенам и разложены на столах жуткие инструменты. И к ней уже направлялся палач с раскалёнными докрасна клещами.
Лана зашлась в отчаянном крике. Просто смертном вое. Дёргалась и билась изо всех сил, но вырваться, конечно, не могла. Прокричала среди отчаянных воплей:
– Нееет!!! Я боюсь! Мне уже больно! На мне Привет Палачу! Я сразу умру!
Эльф глухо ругался. Подданные короля застыли с каменными лицами. Король махнул палачу отойти, сказал короткими фразами, выходя из страшного помещения:
– Отвязать, одеть, успокоить. Утром отправить с Броном в Мучко… Друг мой Клисаматан, я не знал, что так выйдет… Что девица так труслива… А на мне ответственность за царство… Пугнуть надо было… Нехорошо получилось… Ведьмы пустоши или рассказывали всё до пыток или умирали в начале пыток… Привет Палачу. Мы такую магию не знаем.
– Мы тоже, – кивнул эльф. – Я понимаю тебя, но так не поступил бы. Наверно. Я не король. Предлагаю остальные дела на завтра отложить. Пошли пировать.
Через два дня скачки приехали в Мучко. Лана была молчалива, от Брона отворачивалась. А уже почти бывший десятник и сам не знал, как быть. Попытки обнять наложницу приводили к отчаянному крику и нешуточному сопротивлению. По совету друзей, да и всех, оставил пленницу в покое и занялся делами – ждать указ короля и готовиться к переезду в столицу, передавать усадьбу дальним родственникам, прощаться с друзьями и пировать с ними, приглашая в гости, в свой замок.
А через день в полночь Лана надела своё платье из пустыни и лёгкие ботиночки, взяла незаметно стащенные в цитадели огниво и маленький нож, прихватила плед, выскользнула из своей комнаты, незаметно проскользнула за ворота. Прошла по улице, открыла в западном частоколе калитку к реке, отперев замок украденным вечером ключом, и юркнула в заросли кустов вокруг купальни девиц. Всего несколько секунд и была на виду, и осматривавшая окрестности стража её не заметила. Разделась, смотала узелок, привязала к голове. Дождалась когда облака ненадолго закрыли луну, переплыла речку, прошла по воде вдоль берега, вышла, оделась и побежала на юг. Через десяток минут запыхавшаяся вбежала под деревья и пошла шагом, пытаясь