– Доброе. – И кивнул на плиту. – Чего там колдуешь?
Мужчина чуть подвинулся, чтобы я смог рассмотреть содержимое сковородки.
– Завтрак варганю.
На сковородке была навалена вчерашняя гречневая каша.
Это, он хочет её разогреть на завтрак?
Эх! А так хочется яишенки…
В голову пришли воспоминания по торговой площадке. Я там частенько встречал всяческую еду. Вернее, те или иные растения и плоды, которые привычны именно для приёма в пищу. Вряд ли это были какие-то ингредиенты.
Ну-ка!
Я залез в торговую площадку и ввёл в поиске "куриное яйцо". Блин, есть. Не так, чтобы много, но лотов десять имеется.
Дай-ка попробую…
Я купил четыре яйца по кредиту за штуку и, замерев, достал их из инвентаря.
Блин, работает!
На моей ладони оказалось четыре яйца – среднего размера, три беленьких и одно коричневое.
Я протянул их Серафиму:
– А, можешь забабахать нам яичницу? Ну, или омлетик.
Мой товарищ отложил в сторону деревянную лопатку и с удивлённым лицом забрал у меня яйца.
– Откуда они у тебя?
– На торговой площадке только что купил.
Серафим развёл руки в стороны:
– А, там и еда есть?
– Ну, как видишь, уже появилась. Сейчас, попробуем, съедобная ли.
Кузнец выгнул бровь дугой:
– А, не боишься пробовать?
Я же мотнул головой:
– Не. У нас же, теперь, хитпоинты. Даже если что-то пойдёт не так, можно будет зельем жизни залиться. Но я сомневаюсь, что придётся это делать.
Серафим хмыкнул:
– Это любопытный момент. Если можно будет покупать продукты так, то это сильно облегчит нам жизнь.
Отойдя к столу, я присел на одно из кресел, и облокотившись на спинку, ответил:
– Это дорого. Четыре яйца за четыре кредита. Этим мы с тобой даже не наедимся. А, сколько нужно на весь посёлок? И сколько кредитов уйдёт на обед… на ужин? Кредиты очень трудно даются, чтобы их так разбазаривать. Возможно, потом, если цены на продукты на торговой площадке упадут – ну, например, до кредита за десяток яиц, тогда, другой разговор. Но, пока что, это лишь нам на пробу – можно ли это, вообще, есть.
Серафим перевёл взгляд на яйца в своих руках:
– Ну, давай попробуем.
***
Серафим сидел напротив и смотрел, как я отрубаю вилкой краешек белка от своей порции яичницы и закидываю этот кусок себе в рот.
Я только вилку ото рта отнести успел, как он тут же спросил:
– Ну, как?
Я тщательно прожевал, проглотил и пожал плечами:
– Вкусно.
– Жизнь падать не начала?
Нарушая вилкой целостность желтка, чтобы он растёкся по прожаренной белковой части, я покачал головой:
– Неа.
И закинул себе в рот следующий кусок.
Серафим хмыкнул, взял в руку вилку, и поковыряв немного глазунью, тоже съел кусочек:
– А, вкусно!
– Ну, я так и сказал. Вообще, это новость хорошая.
– Ты