Вот так Егор Прилепский и стал сыщиком по розыску красот и древностей – как образно и остроумно выразилось начальство. Конечно, в этих самых красотах и древностях он поначалу мало что смыслил, многому пришлось учиться, и это была непростая наука. Но все в конце концов образовалось и уладилось, и сейчас Егор Прилепский был уже старшим оперуполномоченным, подполковником, и кое-что в красотах и древностях он понимал.
Именно Егор вместе со своими подчиненными и занялся поиском пропавшей древней иконы, на которой был изображен Иоанн Лествичник. Профессор Матвеев все-таки решился и обратился в милицию. Он позвонил по телефону. Говорил Леонтий Кузьмич взволнованно и сбивчиво, и Прилепский не сразу уразумел – а что, собственно, у профессора случилось и какая помощь ему нужна. Вначале Егору даже показалось, что это звонит вовсе даже не профессор, а какой-то неумный шутник, причем в состоянии опьянения. Но вскоре Прилепский понял, что это никакой не шутник и никакой не пьяный, а, кажется, и в самом деле профессор, но только до чрезвычайности взволнованный и расстроенный.
– Ждите меня на месте! – сказал Прилепский профессору. – Я скоро буду!
На место Прилепский выехал один – все трое его помощников в данный момент находились в разъездах. Не взял Егор с собой ни следователя, ни эксперта – они пока были ни к чему. Если и вправду окажется, что у профессора что-то такое пропало, вот тогда найдется работа и для следователя, и для эксперта. А пока Егор сомневался в искренности слов профессора. Уж слишком сбивчивым и нервным было его объяснение по телефону. Оно, конечно, могло случиться и так, что человек просто угнетен пропажей ценности. Да, это вполне могло быть. Такая пропажа случается нечасто. Но откуда, спрашивается, у этого человека в его личной коллекции икона то ли шестого, то ли седьмого века? Такие раритеты можно пересчитать по пальцам. Откуда же и каким образом такое диво взялось в частной коллекции? И почему именно в частной коллекции, а не где-нибудь в музее или специальном хранилище?
Все это были вопросы, которые требовали немедленного разъяснения. Ну, а следователи и эксперты – это на данный момент было вопросом номер два.
Профессор Матвеев встретил сыщика даже не на самой даче, а у ворот. Вид у профессора был взволнованный.
– Я – старший уполномоченный уголовного розыска Егор Прилепский, – отрекомендовался Егор.
– Матвеев Леонтий Кузьмич, профессор.
– Профессор – чего? – уточнил Прилепский. – Каких наук?
– Я – историк.
– Понимаю, –