– О! Так это ее я видел во дворе у тети Любы!
– Ты к Любе заходил? – бабушка склоняет голову набок. – Зачем?
– Мы с Тёмкой очень хотели пить, – тараторю я, почесывая шелушащуюся кожу на ключице. Покраснение появилось прямо над воротником футболки. – Наверное, нужно ее как-то поблагодарить…
– Хорошая она женщина, – начинает бабушка.
Когда она заводит такие речи, диалог превращается в монолог. Невольно отключаю слуховое восприятие и размышляю, чем можно отплатить добродушной соседке.
– …дочка, твоя ровесница. Сенечка, ты слышишь?
– Да-да. Моя ровесница, – машинально повторяю за бабушкой, чтобы не обидеть ее. – Ба, я есть хочу. Можно завтрака не ждать?
– Что же ты сразу не сказал? – она торопливо поднимается и тянет меня за собой, сжимая руку. – Пойдем скорее.
4
Накануне мне удалось убедить Тёмку поспать на свободной койке и отложить разборки до утра. Но если вечером Тёмка был не в настроении бороться за свое место, то с утра меня встречает его звенящий голос, когда захожу в комнату после завтрака.
– …это закон! Кто первый койку занял, тот на ней и спит.
Пока я пытаюсь вникнуть в происходящее, с верхней кровати доносится презрительный смешок.
– Еще что расскажешь, Пудель?
Лицо Тёмки краснеет так, что даже на смуглой коже видно. Он подлетает к койке, встает на ступеньки лестницы и хватает Руслана за воротник.
– Эй-эй! – вмешиваюсь я. – Решайте все на улице.
Тёмка с досадой отпускает Руслана, а я оборачиваюсь на Лёньку, но того уже нет в комнате.
– Слезай, – требует Тёмка.
– А ты заставь, – парирует Руслан, подложив руки под голову и закинув ногу на ногу.
Скрипят дверные петли. Мы с Тёмкой поворачиваем головы.
– Мальчики, – в комнату заглядывает бабушка. – Заправляйте кровати и идите умываться. Если хотите попасть на море до пекла, лучше сделать это сейчас.
– Хорошо, бабуль, – отвечаю я, стараясь перетянуть внимание на себя, чтобы она не заметила разлада между парнями.
– Уже сдружились? – мы с Тёмкой обмениваемся напряженными взглядами. – Руслан, как тебе здесь спалось?
Плечи сводит от напряжения. Сейчас он наплетет про нас какую-нибудь гадость и моря мы точно не увидим…
– Все нормально, хорошие ребята. Пуд… Артем вот мне свою койку отдал, – Руслан приподнимается на локтях.
– О, это замечательно. Артем, щедрость вознаграждается, – ба улыбается. Тут же улыбается и Руслан, словно зеркалит ее эмоции.
– Э-э, наверное, – бормочет Тёмка, опустив голову.
Его глаза темнеют, когда он в ярости. Пальцы подергиваются – пытается не сжать кулаки.
– Вот и славно, – ба уходит.
Едва дверь за ней закрывается, Тёмка поворачивается к Руслану и подходит к койке. Берется за деревянный край и сжимает до белеющих костяшек.
– Я тебе это припомню, – тихо, но отчетливо произносит он.
– Плохой мальчик,