– За заказное письмо! – вспыхнула девушка, и только тут Розов заметил у нее на рукаве нашивку «Городская курьерская служба».
Сгорая от стыда, Сергей Борисович скрылся за дверью.
Но через десять минут позвонили снова. Розов прильнул к глазку. На этот раз была она, его не страдающая скромностью шалунья!
– К вам можно?
– Конечно, проходите!
– Спасибо, – проворковало дитя порока. – Культурного человека сразу видно. Но, увы, времена нынче такие, что большинство даже дверь боится открыть.
– И как же вы тогда с ними общаетесь? – удивился Розов.
– Так и общаемся, – на девушке были высокие сапоги и короткая юбка. – Через железную дверь. Что можно, показываем в дверной глазок, но в основном завоевываем симпатию словами… Как известно, ласковое слово и кошке приятно…
– Странно, однако.
– Ничего странного. Главное – убедить человека, чтобы он дал свое согласие.
– Так я уже давно согласен.
– Тогда поставьте свою подпись и укажите паспортные данные.
– А паспортные данные-то зачем?
– Чтобы подписной лист за выдвижение Семена Семеновича Соломко кандидатом в Государственную думу признали законным.
– Какого еще Соломко? – вспылил Розов и вытолкал гостью за дверь.
На всякий случай он еще раз позвонил девушке-шалунье, – та была уже в пути.
«Это здорово, это здорово, это очень даже хорошо! – пропел Розов и стал потихоньку раздеваться. – Зачем терять время даром?»
Когда в дверь позвонили, Сергей Борисович уже пребывал в костюме Адама. Но вошедшая в квартиру Ева ничуть не смутилась его внешности.
– Вот так всегда, – тяжело вздохнула она. – Клиент гол как сокол.
– Не скажите, – улыбнулся Розов, протягивая двести долларов.
– Хоть один сознательный попался. Давайте ваши доллары, я оформлю на них приходный ордер.
– Иди, иди же ко мне, моя девочка! – замурлыкал Сергей Борисович, но тут же был сбит на пол умелым броском через бедро.
– А вот этого, дядя, не надо! – заметила гостья. – Сопротивление судебному приставу-исполнителю при выполнении служебных обязанностей влечет за собой уголовную ответственность! Лучше погасите долги по уплате алиментов по-хорошему, иначе будем делать опись имущества!
– Так вы не шалунья Таня?
– Варвара я! Варвара Федоровна Булкина, – представилась незнакомка. – Пристав-исполнитель службы судебных приставов.
– Тогда описывайте все, что считаете нужным, – печально бросил Розов и пошел одеваться.
Лишившись двухсот долларов, он потерял всякую надежду на любовь. Нет денег – нет и любви. Давно известная истина.
Супружеский талант
В последнее время Катя Лодкина заметила за своим мужем одну странность: придет с работы – и сразу за компьютер.
Словно он медом намазан.
Раньше чуть ли не каждый день с коллегами по работе пропадал. Домой приползет – лыка не вяжет.