– Вы не с самолета? – крикнул один. – Мы видели, как он падает.
– С него самого, – ответил отец Вениамин. – Помочь хотите?
– Ага, – зло ответил другой мужик. – Избавиться от лишнего барахла. Летаете тут над головами. Может, поделитесь? Раз с самолета, то деньжата есть.
Мужик потянул из-за плеча ружье. Неприятный холодок прошел по спине, но Варламов, не раздумывая, скинул карабин и нажал спуск, целясь под ноги набежавших. Заодно проверим, как пристрелян. Оказалось, что хорошо: камень под ногами мужика раскололся, и тот отпрянул от брызнувших осколков.
– Эй, Фрол! – растерянно сказал он.
Отец Вениамин поиграл дубиной.
– Не желай ничего, что у ближнего твоего, – прогудел он.
– Возьми ружье за ремень и скинь на землю, – миролюбиво сказал Варламов. – Не вздумай брать в руки! И вообще… Вы нас не трогайте, и мы вас не тронем, Большинство пассажиров погибло, и у самолета много барахла валяется. Только уцелевших людей не трогайте, там раненые. Ну!..
Мужик облизнул губы и столкнул ружейный ремень с плеча. Оружие с лязгом упало. Фрол за все это время не сказал ни слова. Оба мужика бочком обошли путников и скрылись в перелеске.
– Придется вам понести ружье, – сказал Варламов священнику. – Перекиньте через плечо, так что в руках держать не придется. А мужички бандитами оказались. Хорошо, что вы карабин нашли.
– Какие они бандиты? – пожал плечами отец Вениамин. – Просто любят прибрать к рукам, что плохо лежит. А в Канаде разве не так?
Вспомнились приключения на Североамериканских территориях.
– Когда полиции близко нет, всякое бывает.
Тронулись дальше. Солнце начало клониться к закату, очень хотелось есть. С увала (слово подсказал отец Вениамин) заметили в долине деревню.
– Зайдем? – предложил священник. – Путников должны приветить.
– А не отсюда те мужички? – с сомнением сказал Варламов. – Но делать нечего, пошли.
Спускаясь, вышли на старую бетонную дорогу, возможно к аэродрому. Деревня встретила их лаем собак. На завалинке сидел мужик, на этот раз без бороды. Лицо не русское, скуластое, но по-русски ответил чисто:
– С самолета? Переночевать? Ну, идите к Нюрке. У нее три года как муж пропал, всех привечает. Третья изба справа.
У отца Вениамина маслянисто заблестели глаза.
Нюра оказалась женщиной средних лет, с добродушно-приятным лицом. Отец Вениамин витиевато попросился на ночлег, а Варламов подкрепил просьбу купюрами Российского союза (снял с банкомата еще в Сталинграде).
Женщина заулыбалась:
– Сбегаю в лавку за водкой, да и угощения купить дорогим гостям. А вы пока располагайтесь.
Гостиная оказалась опрятной, со старой полированной мебелью. Часть помещения занимала большая печь, видна была и другая комната, с кроватью. Телевизора Варламов не заметил, но имелся простенький музыкальный центр. Путники поставили ружья