Дрожащие огни печальных деревень;
Люблю дымок спалённой жнивы,
В степи ночующий обоз,
И на холме средь жёлтой нивы
Чету белеющих берёз.
С отрадой многим незнакомой
Я вижу полное гумно,
Избу, покрытую соломой,
С резными ставнями окно;
И в праздник, вечером росистым,
Смотреть до полночи готов
На пляску с топаньем и свистом
Под говор пьяных мужичков.»
Когда Анна закончила читать, Игорь пристально поглядел на неё.
«Не робей, краса молодая,
Хоть со мной наедине;
Стыд ненужный отгоняя,
Подойди – дай руку мне.
Не тепла твоя светлица,
Не мягка постель твоя,
Но к устам твоим, девица,
Я прильну – согреюсь я.
От нескромного невежды
Занавесь окно платком;
Ну, – скидай свои одежды,
Не упрямься, мы вдвоём;
На пирах, за полной чашей
Я клянусь, не расскажу
О взаимной страсти нашей,
Так скорее ж… я дрожу. –
О! Как полны, как прекрасны
Груди жаркие твои,
Как румяны, сладострастны
Пред мгновением любви;
Вот и маленькая ножка,
Вот и круглый гибкий стан,
Под сорочкой лишь немножко
Прячешь ты свой талисман;
Перед тем, чтобы лишиться
Непорочности своей,
Так невинна ты, что мнится,
Я, любя тебя, – злодей.
Взор, склонённый на колена,
Будто молит пощадить;
Но ужасным, друг мой лона
Миг один не может быть.
Полон сладких взор питаю свой;
Ты сама, горя желаньем,
Призовёшь меня рукой;
И тогда душа забудет
Всё что в муку ей дано,
И от счастья нас разбудит
Истощение одно.»
Анна закусила нижнюю губу, и слегка покраснев, опустила глаза.
– Игорёк, кто тебе ещё нравится из поэтов?
– Пушкин.
– И мне.
– Есенин.
– Мне тоже.
– Высоцкий.
– И мне. Я ещё люблю Тушнову и Гамзатова. Тебе они нравятся?
– Нравятся.
Игорёк взял травинку в рот.
– А Маяковского я не люблю, – он улыбнулся.
– Я тоже его не люблю.
– Дядя Игорёк, – к сидевшим подошёл Вадик, – вот мы видели Лермонтовскую галерею. А, есть ещё Пушкинская галерея?
– Да, есть. Только она находится в Железноводске. Тоже очень красивая. Почти такая, как наша, Лермонтовская. Внутри каждой галереи – большой зал с бюстом поэтов. В галереях собираются, чтобы услышать лекцию, стихи, здесь проводят тематические вечера. Интеллигенция знакомится и общается между собой.
– Ага, Лёша! Я же говорил тебе, что есть и Пушкинская галерея. А, ты спорил, – оборачиваясь к подошедшему мальчику сказал Вадим.
Дети, разрешив спор, вновь увлеклись игрой среди высоких акаций,