Прижавшись щекой к влажному камню, обессилевшая, в состоянии полной паники, она дважды жадно вдохнула воздуха, и ее едва не стошнило. Отвратительный запах гниющей плоти выворачивал желудок. Она подняла глаза и невольно содрогнулась от ужаса.
С окровавленной шерстью, с разинутой пастью, в которой торчали сломанные зубы, с расширенными ноздрями, опираясь на один рог на скалистом выступе лежала бычья голова.
Словно загипнотизированная, Сара приподнялась на скале. Почуявшие падаль птицы приблизились к ней на опасное расстояние. Сара взяла вторую веревку, висевшую вдоль обрыва и крепко обвязала ею голову животного, после чего дважды резко дернула, давая сигнал поднимать груз.
Сара удостоверилась, что на платформе ничего больше нет, дала себе несколько минут отдыха и стала подниматься, используя те немногие силы, что еще у нее оставались. Она трижды дернула за веревку, соединенную с ее страховочным поясом, предупреждая, что возвращается, и начала подъем.
Ей потребовалось менее пяти минут, чтобы ухватиться рукой за край площадки наверху. Николай подбежал, чтобы помочь ей. Вид у него был настолько встревоженный, насколько усталый от усилий, приложенных для того, чтобы помочь Саре подняться.
– Ну, вы на нас нагнали охренительного страху! Твою мать, вы же ранены!
Сара провела пальцами по верхней части щеки и почувствовала боль, стрелявшую под глазом. Ничего серьезного.
– Опять под тот же самый глаз, – бросил Николай Хауг, намекая на шрам Сары.
Ничем не показывая страха, который еще терзал ее, она направилась к бычьей голове, лежавшей словно деталь кровавой бойни, забытая на поле битвы. Прожектор, еще недавно освещавший труп премьер-министра, теперь лил свой холодный белый свет на полуоткрытую пасть быка.
Сара жестом подозвала двоих медиков из экспертной группы. Она обратилась к тому, кто был выше ростом. У него были курчавые волосы и добрый взгляд.
– Ваше имя?
– Геральд Мадкин.
– Вы займетесь сравнением крови животного с образцами, найденными на следах, оставленных жертвой. В доме и снаружи, на траве. Я хочу знать, с какого точно места Катрина Хагебак тащила это, а еще хочу иметь точную картину преступления до того момента, как премьер-министр выбралась из дома. Где находилось тело премьер-министра? Где была бычья голова?
Оба полицейских кивнули и направились к своей тележке за шприцами, пипетками, шпателями и контейнерами, необходимыми для взятия проб.
– Стало быть, именно это Катрина Хагебак сбросила со скалы… – проронил Николай Хауг, садясь на корточки. – Дерьмовую бычью голову, воняющую падалью. – Невозмутимость