– А то!
Лялька сделала круг перед почтовыми ящиками и томно закинула голову.
– Какая хозяйка, таков и запах.
– Откуда идёшь?
– С утра забежала в магазин, прогулялась …
Лялька встала в позу манекена и многозначительно застыла.
– Трудно понять, что ты изображаешь, однако разгадывать загадки мне не с руки. Спешу.
– У тебя уроки? – Лялька перестала позировать и нажала кнопку вызова лифта.
– Да, красавица моя. С четвёртого по седьмой.
Моё внимание привлекли Лялькины ногти, и я ахнула:
– Накладные?
– Не совсем так. Правильней сказать, нарощенные.
Она задумалась и, взглянув на свои розовые ноготки, с сомнением сказала:
– Или наращённые. Не знаю, как правильно.
– Тоже подарок себе?
– Ритуль, ты меня удивляешь. Кто ж о нас будет заботиться?
– Только мы сами, – ответила я и, посмотрев на часы, бросилась вниз по лестнице.
– Было бы хорошо, если бы ты почаще вспоминала эти слова, – услышала я вслед и в ту же минуту выбежала из подъезда.
Лялька права. Совершенно права. Надо научиться заботиться о себе.
Однако эта мысль не задержалась в голове, она исчезла на отрезке подъезд – угол дома. Направляясь к Покровскому бульвару, я вспомнила, что завтра родительское собрание, и нахмурилась. Дело в том, что я не любила собраний вообще и родительских в частности. Сколько себя помню, я проводила собрания оперативно и старалась беседовать с родителями или лично, или по телефону. Однако в этом году коротких собраний не получится. Мой класс выпускной, и вопросов для обсуждения достаточно. Например, пора начинать разговор об экзаменах, последнем звонке, выпускном вечере… Вместе с тем, мне давно хотелось выступить с так называемой «тронной» речью, однако я всё откладывала.
«Всё-таки надо выступить, – думала я, переходя Покровский бульвар. – В конце концов, учителя столько возились с детьми, что можно послушать и о наших проблемах. К тому же многие из родителей – люди со связями. Глядишь, наш голос до верхов долетит».
Я перебежала дорогу и начала внутренний монолог.
«Думаю, вы согласитесь: учить детей – это тяжёлый труд, – сделала я небольшое вступление. – Однако у каждого из вас один или два ребёнка, в крайнем случае – три. Теперь представьте, что их тридцать. Тут уже возникают проблемы не в первой степени, а, как говорит мой муж, в десятой и так далее. Именно поэтому очередей на наши должности не наблюдается. Здесь я даже не обсуждаю вопрос зарплаты, хотя иногда хочется сказать: “А на Западе учителя получают…” Попробуй такое сказать, и чиновник от образования тут же ответит: “Мы живём не на Западе, а в России, а учителя – часть передовой интеллигенции. Следовательно, должны работать за идею”. Не спорю. Однако всё чаще и чаще мы, российские учителя, думаем, что нас кинули. Другого слова не придумаешь. Всё равно как лягушку из старой притчи. Однако лягушку кинули в сливки. А нас куда? Я отвечу так: нас бросили в джунгли. А там, как известно,