Василий выволок из-за «Нивы» стоящий у стены непонятных, довольно урбанистических форм, велосипед, напялил свой верный мотоциклетный шлем, о который женой была разбита не одна тарелка, не слушая моих примиряющих слов, выкатил двухколесный транспорт во двор. Вскочил в седло, щелкнул тумблером на руле. В месте, где у нормальных велосипедов располагается багажник, что-то ослепительно ярко засияло. Я зажмурил глаза и даже закрыл их руками, настолько ярок был свет. Открыл их лишь тогда, когда что-то шлепнулось мне под ноги, а по голове плеснуло теплой жидкостью. Проморгавшись, я понял, что под ногами у меня валяется отрезанная голова Васи – толстым силовым проводом, подведенным от столба к гаражу, ее срезало – настолько велика была скорость взлета летающего велосипеда. Это, стал быть, все что и осталось нам от Васи. Обезглавленное тело так и осталось в седле, велосипед влетел в стоявшую в полукилометре от дома водонапорную башню, испарившуюся от энергии взрыва. Ни саперы ни ученые ни следов непонятного «метеорита» ни останков Васи не нашли. Башня тоже будто аннигилировалась.
Вот такой, стал быть, случай произошел. Хоронили голову Василия в закрытом гробу. Гараж его сначала опечатали, а потом все из него вывезли в неизвестном направлении люди с красными «корочками». А пол села на целый год осталось без центрального водоснабжения.
Мятеж на «Баунти»
Я тогда как раз в городе жил и работал. То лето выдалось необычайно жарким и влажным. Никогда такого лета не только на моей, но и на памяти стариков не было. Картошка у многих не уродилась, зато у всех необычайно буйно плодились кабачки. Просто не кабачки, а какие-то кролики. Раздавали их бесплатно друзьям и знакомым и знакомым знакомых. И даже подкладывали соседям под калитки или на крыльцо. Много, дико много, стал быть, в тот год кабачков уродилось. Мы с женой сами и икры наделали и намариновали и просто засолили (в трехлитровых банках и бочке). И даже варенье, компот, мармелад и джем из кабачков сделали. И аджику. И жарил я тогда кабачки на завтрак и ужин ежедневно, два месяца подряд. А на обед – варил. Я их тушил в вине, горчице и сметане; сушил, солил и запекал; коптил и вялил