Сознание Красной Звезды быстро пронизывало пространство вокруг, властно и расчётливо притягивая строительный материал для своей сферы, а вмести с ним и зародыши других звёзд. Ей повезло куда больше, чем остальным. Она творила себя практически в эпицентре скопления некогда раскалённых, а теперь остывших газов и пыли. Каждая секунда её новой жизни была на счету, и практически все её усилия уходили на совершенствование своей сферы. Раскалённые частицы рвались на свободу, но сила её притяжения с небольшим перевесом побеждала и стягивала их в одно место, в одну точку, эпицентр её будущего ядра, её сердца. И когда количество частиц было уже таково, что удержать их ещё хоть секунду она бы не смогла, а их энергия готова была разорвать и её сознание, произошло то, чего она так хотела. Частицы подчинились и позволили заточить себя внутрь, она победила – обрела сферу, своё вместилище. А вместе с победой пришло и долгожданное облегчение. Вся сила частиц порабощённой материи стала её силой, их энергия – её энергией, их жизни слились в одну и подчинялись её сознанию. В ядре высвободился первый поток энергии, пробрался через все верхние слои сферы и пульсирующим толчком устремился вдаль, озаряя темноту вокруг первозданным светом, которому предстоит жить намного дольше, чем сфере, освободившей его.
Никто не знал, сколько именно продолжалась эта битва за господство в непроглядной тьме. Все закончилось так же внезапно, как и началось. Так продолжалось, пока в плотных туманностях нового мира не зажглись молодые звёзды, разгоняя своей вспышкой от себя остатки газа и пыли, очищая пространство, отпуская свой первый поток света в далёкие глубины тёмного и таинственного нового дома. Так продолжалось, пока сознание не обрело оболочку, душа новой звезды не получила вместилище. Так продолжалось, пока Красная Звезда не поняла, что она уже совсем одна, и сражаться ей не с кем.
Она победила и обрела вместилище, нарекая себя новым именем, отпуская старое. Впредь она называла себя Красной Звездой, в честь своего прекрасного и ярко-красного Солнца, которым ей предстояло управлять не меньше тринадцати миллиардов лет.
Звезда с жадностью предвкушала новую жизнь и уготованное ей время, пока не осознала главного – больше она не была свободной.
В её части галактики наступило затишье. Где-то продолжали формироваться