– Я молодец? – И сама себя поторопилась похвалить: – Я молодец!
– Я даже не ожидала, – призналась поражённая Ленка. – Ты, оказывается, петь умеешь.
– Я много чего умею, – решила я повредничать. – Саш, подтверди.
– Подтверждаю, – с готовностью отозвался он. – А чего не умела, я её всему научил.
Я повернулась к нему, возмущённая, а этот гад рассмеялся.
– Что? Я комплимент тебе сделал!
– Не заметила.
Но всё когда-нибудь заканчивается. И наша неделя прошла быстро, я даже не заметила, как время пролетело. Приближалась суббота, день нашего с сестрицей отъезда, и я начала задумываться о том, как нам с Сашкой проститься. Совершенно не представляла, как это делается. Собрать вещи, сказать «прощай» и уехать с лёгким сердцем? Или ещё «спасибо» ему сказать, за приятное времяпрепровождение. Я даже подумала у Ленки совета попросить, но что-то меня остановило. Наверное то, что Ленку я знала хорошо, и примерно представляла, что она мне посоветовать может. А еще точно знала, что воспользоваться её советом не смогу, воспитание не позволит. Так что, я уж как-нибудь сама.
К тому же, я мысленно негодовала из-за Сашкиного спокойствия. Его ничто не волновало, и спал он спокойно, в буквальном смысле. Это немножко обижало. Не должно было, но я чувствовала неприятное жжение в душе. Недовольство собой, ситуацией, и подозревала его в бездушии и огромном опыте прощаний подобного рода. Но с собой ничего поделать не могла, и приглядывалась, присматривалась к нему, и то, что видела, мне не слишком нравилось. Может, и к лучшему побыстрее расстаться, разъехаться в разные стороны, чтобы мне больше не пришлось изводить себя мыслями о том, как все это будет и что мне нужно будет сделать и сказать.
– Хочешь, съездим завтра на экскурсию? Куда ты там хотела?
– Я уже и не помню, – призналась я, чем вызвала его смех. Обняла за шею, чтобы взглядом с Сашкой не встречаться, и стала смотреть на стремительно темнеющий горизонт. Мы гуляли по пляжу, к вечеру он совершенно опустел, и нам никто не мешал. Прохладный песок холодил мои ноги в открытых босоножках, да и ветерок подул прохладный, и я к Сашке прижалась, не боясь показаться чересчур трепетной и сентиментальной.
– А ты вспомни, – посоветовал он.
– И ты встанешь в восемь утра, чтобы поехать со мной в другой город?
Сашка отстранился, чтобы в лицо мне взглянуть. Удивился.
– Конечно. Если надо, я встану и в семь… и в шесть.
Я