Ай да Пушкин… Музы о поэте. Анна Керн. Читать онлайн. Newlib. NEWLIB.NET

Автор: Анна Керн
Издательство: ""Алисторус""
Серия: Мой любимый гений
Жанр произведения: Биографии и Мемуары
Год издания: 0
isbn: 978-5-906861-20-7
Скачать книгу
в дом его родной сестры, Олениной. Тут я встретила двоюродного брата моего Полторацкого[1], с сестрами которого я была еще дружна в детстве. Он сделался моим спутником и чичероне в кругу незнакомого для меня большого света. Мне очень нравилось бывать в доме Олениных, потому что у них не играли в карты, хотя там и не танцевали, по причине траура при дворе[2], но зато играли в разные занимательные игры и преимущественно в charades en action[3], в которых принимали иногда участие и наши литературные знаменитости – Иван Андреевич Крылов, Иван Матвеевич Муравьев-Апостол и другие.

      В первый визит мой к тетушке Олениной батюшка, казавшийся очень немногим старше меня, встретившись в дверях гостиной с Крыловым, сказал ему: «Рекомендую вам меньшую сестру мою». Иван Андреевич улыбнулся, как только он умел улыбаться, и, протянув мне обе руки, сказал: «Рад, очень рад познакомиться с сестрицей». На одном из вечеров у Олениных я встретила Пушкина[4] и не заметила его: мое внимание было поглощено шарадами, которые тогда разыгрывались и в которых участвовали Крылов, Плещеев[5] и другие. Не помню, за какой-то фант Крылова заставили прочитать одну из его басен. Он сел на стул посередине залы; мы все столпились вкруг него, и я никогда не забуду, как он был хорош, читая своего Осла. И теперь еще мне слышится его голос и видится его разумное лицо и комическое выражение, с которым он произнес: «Осел был самых честных правил!»[6]

      В чаду такого очарования мудрено было видеть кого бы то ни было, кроме виновника поэтического наслаждения, и вот почему я не заметила Пушкина. Но он вскоре дал себя заметить. Во время дальнейшей игры на мою долю выпала роль Клеопатры, и, когда я держала корзинку с цветами, Пушкин, вместе с братом Александром Полторацким, подошел ко мне, посмотрел на корзинку и, указывая на брата, сказал: «Et c’est sans doute Monsieur qui fera l’aspic?»[7] Я нашла это дерзким, ничего не ответила и ушла.

      После этого мы сели ужинать. У Олениных ужинали на маленьких столиках, без церемоний и, разумеется, без чинов. Да и какие могли быть чины там, где просвещенный хозяин ценил и дорожил только науками и искусствами? За ужином Пушкин уселся с братом моим позади меня и старался обратить на себя мое внимание льстивыми возгласами, как, например: «Est-il permis d’кtre ainsi jolie!»[8] Потом завязался между ними шутливый разговор о том, кто грешник и кто нет, кто будет в аду и кто попадет в рай. Пушкин сказал брату: «Во всяком случае, в аду будет много хорошеньких, там можно будет играть в шарады. Спроси у m-me Керн, хотела ли бы она попасть в ад?» Я отвечала очень серьезно и несколько сухо, что в ад не желаю. «Ну, как же ты теперь, Пушкин?» – спросил брат. «Je me ravise[9],– ответил поэт, – я в ад не хочу, хотя там и будут хорошенькие женщины…»

      Вскоре ужин кончился, и стали разъезжаться. Когда я уезжала и брат сел со мною в экипаж, Пушкин стоял на крыльце и провожал меня глазами.

      Впечатление его встречи со мною он выразил в известных стихах:

      Я помню чудное мгновенье,

      и проч.

      Вот те места, в 8-й главе Онегина[10], которые относятся к его воспоминаниям о нашей встрече у Олениных:

      …Но вот толпа заколебалась,

      По зале шепот пробежал,

      К хозяйке дама приближалась…

      За нею важный генерал.

      Она была не тороплива,

      Не холодна, не говорлива,

      Без взора наглого для всех,

      Без притязанья на успех,

      Без этих маленьких ужимок,

      Без подражательных затей;

      Все тихо, просто было в ней.

      Она, казалось, верный снимок

      Du comme il faut… прости,

      Не знаю, как перевести!

      К ней дамы подвигались ближе,

      Старушки улыбались ей,

      Мужчины кланялися ниже,

      Ловили взор ее очей,

      Девицы проходили тише

      Пред ней по зале: и всех выше

      И нос и плечи подымал

      Вошедший с нею генерал.

      . . . .

      Но обратимся к нашей даме.

      Беспечной прелестью мила,

      Она сидела у стола.

      . . . .

      Сомненья нет, увы! Евгений

      В Татьяну, как дитя, влюблен.

      В тоске любовных помышлений

      И день и ночь проводит он.

      Ума не внемля строгим пеням,

      К ее крыльцу, к стеклянным сеням,

      Он подъезжает каждый день,

      За ней он гонится, как тень;

      Он счастлив, если ей накинет

      Боа пушистый на плечо,

      Или коснется горячо

      Ее руки, или раздвинет

      Пред нею пестрый полк ливрей,

      Или


<p>1</p>

Оленина, рожд. Полторацкая, Елизавета Марковна (1768–1838) – тетка А. П. Керн, старшая сестра ее отца; была замужем за Алексеем Николаевичем Олениным (1763–1843), президентом Академии художеств и директором Публичной библиотеки, признанным знатоком и ценителем искусства. Дом Олениных на набережной Фонтанки, близ Обухова моста (ныне набережная Фонтанки, 101), был широко известен в Петербурге как место, где собирались виднейшие представители художественной интеллигенции – писатели, художники, актеры – разных направлений, куда стекались все новости художественной жизни столицы. Постоянными посетителями оленинских вечеров были Крылов, Жуковский, Гнедич, Батюшков, Озеров, молодой Пушкин, Кипренский, Семенова, Яковлев…

Двоюродный брат А.П. Керн, племянник Е.М. Олениной и отца Анны Петровны П.М. Полторацкого, Полторацкий Александр Александрович (1792–1855) служил в гвардии, вышел в отставку в чине капитана; с 1834 года был женат на Е. П. Бакуниной, предмете первой любви Пушкина-лицеиста.

<p>2</p>

28 декабря 1818 года умерла Екатерина Павловна, сестра Александра I, королева Вюртембергская.

<p>3</p>

Шарады (фр.).

<p>4</p>

Первая встреча Пушкина с А.П. Керн в доме Олениных произошла в январе – начале февраля 1819 года.

<p>5</p>

Плещеев Александр Алексеевич (1778–1862) – друг В. А. Жуковского и А. И. Тургенева, член литературного кружка «Арзамас». Строка из басни И. А. Крылова «Осел и Мужик» (1819).

<p>6</p>

В восьмой главе романа «Евгений Онегин», строфах XIV–XVI и XXX, как предполагают, Пушкину виделась графиня Наталия Викторовна Строганова, рожд. Кочубей (1800–1854); мог вспоминать он и А. П. Керн и ее мужа – генерала. Но называть конкретный прототип в данном случае вообще представляется неправомерным.

<p>7</p>

А роль змеи, как видно, предназначается этому господину? (фр.)

<p>8</p>

Можно ли быть такой хорошенькой! (фр.)

<p>9</p>

Я раздумал (фр.).

<p>10</p>

В приведенных стихах имеются по сравнению с оригиналом расхождения в пунктуации и мелкие неточности; 13-я и 14-я строки XIV строфы читаются:

Du comme il faut (Шишков, прости:

Не знаю, как перевести).