– Что, брат, в гости приехал?
– Да, дорогой. Я Кериму писал, Ибрагиму писал, всем писал, что еду. Они ещё через Фатиму мне адрес сообщили: Большой дом с стеклянными окнами и дерево возле него стоит. Послушай, дорогой, я так им и написал, что еду к ним в гости, и этот адрес указал.
А они почему-то встречать не пришли. Может, верблюд ещё письмо до почты не донёс?
Его собеседник, еле сдержавшись от смеха, ответил:
– Да и у нас лошади подчас с почтой опаздывают! Да-а-а, плохи у тебя дела, ещё и Новый год. Пожалуй, сегодня ты никого из своих не найдёшь, люди праздновать собрались, им не до поисков. И, разведя руками, внимательно посмотрел на Муссу.
– Послушай, дорогой, послушай, добрый человек, а что мне теперь делать? Куда же я с женой и детьми денусь?
Молодой человек, сделав задумчивое лицо и почесав затылок, многозначительно ответил:
– Да есть у меня в городе один друг, сдаёт квартиру на небольшой срок. Но он долларами берёт. Временно перекантуетесь, а затем найдёшь своих.
Проговорив это, он пристально посмотрел на отца семейства, а тот обратился к своей супруге на родном языке и, что-то обсудив, ответил:
– Послушай, дорогой, доллар есть. Вези нас к другу.
Мужчина с озабоченным видом продолжил:
– Знаешь, друг! Тут ещё одна проблемка нарисовалась. У тебя же прописки в городе нет, а полиция сейчас лютует, всех, у кого нет хотя бы временной, сразу в кутузку упаковывает. Мусса заохал, завздыхал:
– Вай-вай, горе моему дому. А что же мне делать, добрый человек?
Тот, выдержав многозначительную паузу, как бы нехотя сказал:
– Я вижу, ты хороший человек, и постараюсь помочь твоему горю. Только если уговорю одного знакомого сделать тебе временную прописку сегодня же, а то ведь Новый год наступает, все организации закрыты!
– Мил человек! Уважь Муссу, уговори ты этого человека сделать прописку, Аллахом молю! Сколько нужен будет доллар, я заплачу, – взмолился приезжий.
Молодой человек, опять сделав вид, что размышляет, ответил:
– Ну только ради твоих детей, попробую его уговорить! Гони триста долларов! – И
снова внимательно посмотрел на Муссу, оценивая его реакцию.
А наш бедный многодетный отец, видевший за всю свою прожитую жизнь только отару пасущихся овец, горы и степь с одиноко стоящей юртой, очень обрадовался этому предложению, обратился