– Хиль. – второй лучник толкнул первого в бок.
– Что? Что такое? Струсил?
Заржала лошадь и оба лучника замерли. К ним практически беззвучно подступила верхом на гнедом фьеллском походном скакуне конунг Ингунн Жестокая. Кроваво-красные глаза девушки с бесцветными волосами внушили двум недотепам ужас. Столь пронзительный взгляд их правителя идеально сочетался с ее выразительными острыми скулами и широкой челюстью. Оба стрелка никогда вовеки не забудут представший перед ними образ белокурой воительницы с плащом из медвежьей шкуры и серебряной короной на голове.
– Неужели мы уже выиграли войну? – спокойно произнесла правительница, но ее голос безупречно прорезался сквозь бушующий ветер.
– Нет, конунг. – отозвался первый лучник, отбросив птицу обратно в снег.
– Не считаете ли вы, что защитники и жители Хуведберга сочтут оскорблением то, что вы подстрелили птицу с их герба? – спросила конунг. Ее конь грозно рыкнул, из его ноздрей мощно заклубился белый пар.
– Простите, госпожа. – поклонился лучник, подстреливший ворона.
– Не передо мной вам извиняться. Выпущенная стрела испорчена?
– Д-да, конунг. – заикнулся первый лучник, продемонстрировав стрелу с деформировавшимся наконечником.
– Северные боги суровы. Отсутствующая стрела вполне могла бы спасти кому-то жизнь. Вероятнее всего, именно тебе.
– Но конунг Вульфар поднял белый флаг. Мы возьмем город без потерь и без убийств.
– Сколько боев вы прошли со мной? – спросила Ингунн Жестокая, глядя лучникам в душу не моргающим взглядом.
– Мы участвовали в осаде Кистенфьорда и Фьелла. – ответил второй лучник.
– Скольких вы убили? – продолжала выпытывать конунг Ингунн.
– Не помню, конунг. – ответил второй лучник.
– Двоих. – признался первый. Ингунн внимательно его изучила. Простой мальчишка, хлипкий на вид, редкие короткие усы, блондинистые длинные волосы, еще не потерявшие блеск юности, голубые глаза, полные страха, сомнений, надежд и азарта. Ему было не больше шестнадцати лет.
– Значит, военного опыта вам не хватает, чтобы строить хоть какие-то предположения о том, что нас ждет. Перед нами не наши враги, хоть мы и по разные стороны баррикад – напротив нас те же северяне, что и вы. Севера в них даже больше, ибо живут они на исконной земле наших предков. А это значит и то, что они необычайно горды. Держите уши востро. – безэмоционально, практически по-мертвецки произнесла Ингунн и пришпорила коня. Мощный скакун рыхлил ногами снег, унося всадницу к опустившемуся мосту в город.
На мост верхом выехал форинг Грейл Эйкшолл, они встретились лицом к лицу с конунгом Ингунн Жестокой. Оба остановили своих лошадей. Оба пересеклись взглядами. Грейл глядел с презрением и недоверием, а Ингунн с безразличием и хладнокровием.
– Конунг Ингунн, – сквозь