Тем временем сошедший с ума Костя кричал в трубку:
– Я тебе говорю, посмотри сам!
Через пару минут в наш кабинет влетел…директор!
– Где? – взревел он.
Мы синхронно показали пальцами на экран.
– Вашу мать! – заорал теперь он.
Я побледнела. Никогда не видела Ярослава вышедшим из себя. Он развернулся, в бешенстве выскочил в коридор и громким голосом скомандовал прибежавшей на крики Яночке:
– Глухова ко мне, срочно!
Я обернулась к Косте:
– Что случилось?
– То случилось. – упавшим голосом ответил он, – Юпитер с Сатурном поменяли местами. Лен, извини, мне надо побыть одному, подумать.
– Хорошо…Если что – я у Ольги.
Костя открутил крышку термоса, вылил остатки праздничного крюшона в свою кружку и залпом выпил до дна.
Я с осторожностью вышла из кабинета, тихонько закрыла дверь и направилась в юридический отдел. При виде меня Оля оторвалась от бумаг:
– Уже обед? Я заработалась.
– Нет, не обед. Что-то не так с проектом. Костя говорит, планеты поменяли местами. Директор злой, вызвал к себе Толика.
В подтверждение моих слов в соседнем кабинете хлопнула дверь. Послышался неразборчивый голос Анатолия, затем ему ответил директор. Оля подмигнула и достала из ящика стола две чайные кружки. С заговорщицким видом мы приставили их к стене и приложили уши.
– Глухов, ты совсем совесть потерял? – мы отчётливо разобрали слова Ярослава. – Тебе создали все условия, только работай, Толя! Я закрываю глаза на твои шабашки, на твою стройку. Глухов! Ты совсем охренел? Как ты мог допустить такой косяк! Толя! Ты совсем расслабился? Ты понимаешь, что это федеральный проект? Ты вообще знаешь, чего мне стоило его добиться, а? – голос директора повышался с каждой фразой, и становилось жутко. – И сейчас ты испортил всё к херам! Глухов, ты как хочешь, а косяк свой исправляй! Сдача объекта ко дню города, будет губер, будет вся верхушка. Ты вообще понимаешь, как ты накосячил? Нам теперь только песочницы разрешат делать! Я тебя уволю на хрен, понял? – перешёл на крик начальник. Это было слышно без помощи кружек.
– Ярик разъярился – у Оли нечаянно получился каламбур.
Но нам было не весело, а тревожно. Мы вновь прильнули к керамическим средствам связи.
– Да пошёл ты знаешь, куда? – голос Толика доносился из кружек. – Да ты без меня никто. Выскочка. Директор, блин! Вся фирма – это я и моя бригада. Увольняй! Все ребята со мной уйдут. Будешь сидеть на заднице. Вот тогда и ори, сколько хочешь, сопляк! Да пошёл ты! Я сам уволюсь. Адьёс!
Хлопнула дверь, мы с Олей подскочили. Ничего себе!
– Лен, знаешь, что…Пошли сейчас на обед. Всё равно полчаса до него осталось.
Мы тихонько вышли из кабинета, и стараясь никому не попасться на глаза, двинулись к выходу.
– Будем уходить тропами Хо Ши Мина – прошептала Оля и показала маленький ключик в руке, – выйдем через парковку.
Она