– Верно! – поддакнул немец в серой военной кепке. – Я пришёл в форме капитана-пехотинца, а он – в линялой рубашке. Какой же это фюрер? Марта, – обратился он к сидевшей на бревне соседке. – Ты же видала нашего Адольфа?
– Я пожирала глазами нашего фюрера в тридцать девятом! – вскочила Марта, обрадовавшись всеобщему вниманию. – Вместе со всеми я кричала на площади: фюрер, мой фюрер, завещанный мне Господом! Это был такой восторг!
– Так это он? – переспросил сосед.
– Где? – не поняла Марта. – Этот? Нет. Мой фюрер герой, он великан с могучими руками, которые мне снились ночами. Он качал меня на них, как качают возлюбленную, перед тем как отнести в спальню!
– Вот ваш фюрер! – указала на Гитлера Ева, пытаясь перетянуть внимание на себя. – Единственный и непогрешимый!
– Не похож! Пусть докажет! – выкрикнули из толпы.
– Да! Пусть докажет!
Гитлер заглянул в салон автомобиля и достал экземпляр «Майн Кампф», который он планировал подарить самому ярому поклоннику. Но сейчас даже затруднялся, кому бы мог его вручить.
– Вот моя Библия! – поднял он книгу над головой. – Моя жизнь и моя борьба!
Он хотел повторить ту самую речь, которую произносил, когда презентовал свой труд на партийном съезде в Мюнхене, но его перебили.
– Такая есть и у меня! – показал точно такой же экземпляр старый пехотинец.
Открыв книгу наугад, он всмотрелся в страницу и выкрикнул:
– А ну-ка, скажи нам, что написано на странице пятьдесят семь?!
– Это шутка? – удивился Гитлер. – Я писал её двадцать лет назад!
– Всё ясно! – вынес вердикт капитанский китель. – Никакой это не фюрер. А то он бы знал, что борьба за уничтожение еврейства – это борьба за дело божие!
– Так это тот, про которого говорили! – загудела толпа. – Проходимец из Зальцбурга!
– Зальцбургский пройдоха!
– Его подкупили жиды, чтобы порочить святое имя!
– Стойте! – выкрикнула Ева. – Мартин, почему вы молчите?
Она заглянула через стекло на так и не вылезшего из автомобиля Бормана, но Борман сосредоточенно разглядывал собственные пальцы.
– Немедленно замолчите и вскиньте руки, приветствуя вашего фюрера!
– А это кто?
Ева смущённо поправила причёску, одёрнула юбку и гордо склонила голову:
– В девичестве Ева Браун, но сейчас я Ева Гитлер!
– Так это наша Ева? – уже откровенно засмеялась толпа.
– Эта облезлая кошка?
– Я и Еву видела! – тут же вмешалась почувствовавшая вкус внимания Марта. – Вот как вижу сейчас глухую Зельду. Грудь у нашей Евы вот! – Марта оттопырила вперёд два локтя. – А задница, как два пивных бочонка! А теперь посмотрите на эту ощипанную курицу! Да наш фюрер с такой даже не сел бы на одном поле срать!
Ответом ей был взрыв хохота. Ева покраснела, её губы задрожали,