Она сделала пару шагов к подъезду дома.
– Когда закончите с репетицией, приходите на малую сцену, к органу, – окликнул её Призрак. – У меня тоже есть чудесная ария для вас.
Он споёт для неё? Изабель обернулась, но не увидела реакции Призрака. Отсалютовав ей, он вернулся в машину и скрылся в зимней ночи.
Глава 4
После внезапного свидания Изабель спала беспокойно, но снились ей далеко не кошмары. Призрак Оперы в её снах был всё таким же недосягаемым, таинственным, устрашающим, вот только говорил и пугал он её куда меньше.
Гораздо больше в её беспокойных снах было поцелуев.
Проснувшись, Изабель скрежетала зубами, стискивая пальцами одеяло. В ту же секунду она запретила себе думать об этом сумасшедшем и закрепила своё решение, дав себе звонкую, бодрящую пощёчину.
Выйдя из дома на полчаса раньше, Изабель купила крепкий кофе и пару булочек – на завтрак и обед. Ела она тоже на ходу, грея замёрзшие пальцы о горячий картонный стаканчик.
В этот раз Жиль, наученный горьким (или точнее – горчичным) опытом не решился пугать Изабель, за что она была ему благодарна. Более того, в кабинете не было ни следа Призрака Оперы: ни записок, ни цветов – за это она была благодарна вдвойне.
Увы, день не мог быть идеальным вечно. Сегодня на репетицию решил явиться Гаскон, от чего Изабель пробрала нервная дрожь. Начальство должно было контролировать новичков – это нормальная практика в любом театре, но волновалась девушка каждый раз, как в первый.
– Ну, чем расстроишь, Идо?
Изабель перевела взгляд на либретто, силясь вспомнить хоть что-то о работе и выкинуть из головы пресловутого Призрака Оперы.
– Я внесла кое-какие правки, – сказала она, убрав за ухо ручку. – Вместе с труппой распределили роли, разобрали текст. Хотите взглянуть?
Гаскон кивнул и сел в одно из кресел в зрительном зале. Прерывисто выдохнув, Изабель подбежала к сцене, стараясь не коситься на пятую ложу. Сейчас ведущие артисты сидели на стульях с текстами в руках, в танцевальном классе с массовкой работали хореографы. Через пару недель репетиции массовки и артистов станут совместными.
Сегодня в планах было разучить несколько арий первого акта.
Заиграл оркестр, артисты принялись исполнять роли, заглядывая в тексты, в то время как Изабель порой прерывала их, отдавала распоряжения, а потом велела продолжать. Она так волновалась из-за Гаскона, что стала втрое придирчивее к своей работе, чем обычно.
На работу в «Lacroix» было сложно попасть, и сейчас девушка думала, что любая ошибка могла привести к увольнению.
Впрочем, тогда Призрак Оперы исчез бы из её жизни.
Так! Не думать!
– Нача-а-а-альник, – в какой-то момент стал канючить Жиль. – Вы на неё плохо влияете. Из от вас подцепила ваше невыносимое занудство!
– Жиль! – ужаснулась Изабель.
– Ничего-ничего, – махнул рукой Гаскон. – Тебе полезно, Жакоте, когда тебя гладят против шерсти.
Вздохнув, Жиль негромко и язвительно передразнил его и оправил волосы, вернувшись к роли.