Адам Флинн пристально посмотрел в глаза дочери. Потом приставил стул поближе, присел и взял её за обе руки. Адам вздохнул и спросил:
– Уже начинается подростковый возраст? Теперь всё будет сложнее?
Ива задумалась.
– Возможно, подростковый возраст начинается у тебя, папа, – сказала она. – Вот с тобой действительно становится сложнее! – Ива улыбнулась краешком рта.
– Мне совсем не до смеха, птенчик, – поджав губы, ответил папа.
– Ну ладно! Всё же это забавно… ты бы хоть чуть-чуть улыбнулся, пап! – Ива с такой надеждой смотрела на отца, что ему пришлось согласиться.
– Хорошо! Немножко смешно.
– Очень смешно!
– Ну ладно, очень смешно! – и Адам Флинн рассмеялся.
– В общем, вот что я скажу тебе, папа: если мы с тобой веселимся, значит, мы оба ещё не в подростковом возрасте!
– Наверное, ты права…
– Да я права совершенно точно! Потому что знаю одно: когда у мужчин твоего возраста появляются проблемы, весёлыми их точно не назовёшь!
– Какая ты мудрая, птенчик!
– Ну а как же иначе? – пожала плечами Ива.
– У меня есть к тебе ещё один серьёзный вопрос… – начал Адам Флинн.
– Папочка, извини, но для серьёзных вопросов я… – Ива наигранно зевнула, – сегодня слишком устала! Кажется, мне пора спать! – И, прихватив со стола лесной дневник и карандаши, она поцеловала папу и соскользнула со стула, стараясь выглядеть как можно более уставшей.
В своей комнате наверху Ива устроилась у окошка, всматриваясь в лес, за которым садилось солнце. Она прекрасно понимала, что за серьёзный вопрос хотел задать ей папа. Наверняка это было связано с Гундулой: на папиной щеке отчётливо виднелся след от ярко-красной помады. Ива вздохнула. Как хорошо, что к выходным они с девочками что-нибудь придумают. Она надеялась, что Гриммур придумает какую-нибудь великолепную идею.
Ива зажмурилась. На опушке леса что-то шевельнулось. Может, косуля? Но посмотрев внимательно, Ива различила три невысокие фигуры.
– Кто это? И что им нужно в моём лесу? – вслух размышляла девочка. Но потом она засомневалась, люди ли это вообще. Иногда деревья подшучивали над Ивой, играя тенями. Вполне возможно, что и на этот раз она ошиблась.
Глава 2
Возьми у травы зелёный цвет, у облака – белый,
Зачерпни голубого из реки, а из огня – огненно-красный,
Потяни лучик жёлтого из солнца
И нарисуй картину яркими красками, излучающую буйство и покой одновременно.
Здесь, на картине, твоя жизнь, портрет твоего мира.
И ты нарисуешь его таким, каким ты его любишь.
В пятницу после уроков Ива забросила свой школьный рюкзак в угол, а дневник с итоговыми оценками как можно незаметнее положила на папин