Утоли моя печали. Борис Васильев. Читать онлайн. Newlib. NEWLIB.NET

Автор: Борис Васильев
Издательство: Издательство АСТ
Серия: Олексины
Жанр произведения: Советская литература
Год издания: 0
isbn: 978-5-17-115674-9
Скачать книгу
с собою очаровательную провинциалочку из мещан. Ко времени возвращения этого семейства Хомяков уже успел отгрохать в центре Москвы особняк, поразивший своей оригинальностью не только горожан. И в светском обществе зашептались:

      – Какая безвкусица!

      – Что ж вы хотите, миллионы демонстрируются.

      – Демонстрируется золотой зуб в белоснежной улыбке Первопрестольной.

      – Фо па,[1] господа. Фо па! А мещаночка Анна Михайловна потеряла голову в первое же посещение:

      – Я деткам своим буду рассказывать про ваше великолепие!

      Варю это сразило наповал, однако брат оставался братом. Анна Михайловна приехала в первопрестольную, как говорится, в интересном положении, но роды оказались не совсем удачными. Девочка Оленька получила легкую хромоту на всю жизнь, а ее родители – тяжкое ощущение вины.

      А крест, о котором говорил отец, как о достойном дворянина занятии, достался Василию. Вольнодумцу, идеалисту, деятельному народнику в прошлом, искренне пытавшемуся заменить веру в Бога верой в людей. Замена не удалась, он вернулся к Богу, но иной, неофициальной тропой. Познакомившись и сблизившись с графом Толстым, уверовал в его учение и строго следовал ему примером личной жизни, без проповедей и колокольного звона утверждая заветы гениального своего друга и Учителя. И все в семье понимали, что избранный Василием крест был куда тяжелее всех прочих.

      – Понимаешь, церковь взвалила крест на плечи Господа и стрижет купоны, пока Христос в муках тащит крест на Голгофу. А наш Вася взвалил этот крест на собственную спину и сам несет его на свою Голгофу.

      Так сказал Наденьке Иван, умница Ваничка, когда она приехала в Высокое помечтать и подумать перед началом последнего гимназического года. Он и тогда выпивал, но еще не спился с круга и, как показалось Наде, еще способен был верить в чудо. Во внезапное, как в сказке, возвращение Леночки. Наденька поняла это ожидание и, зная, что чуда не будет, почему-то начала готовить брата с несколько необычной стороны:

      – А зачем Бог, когда все пружины заведены?

      – Извини, сестренка, что-то я не очень тебя понял.

      – Дядя Роман подарил мне часы с фигурками: от одной до двенадцати. Когда я завожу пружину, они каждый час начинают вальсировать. А жизнь – это же и есть заведенный Божьей пружинкой вальс. И когда подходит твой час, ты просто начинаешь танцевать, и тебе уже не нужен никакой Бог.

      – Батюшки, как же изящно ты мне все объяснила, – улыбнулся Иван.

      Наденька была рада, что он улыбнулся. Уж очень редко теперь появлялась улыбка на его заросшем исхудалом лице.

      А вот с книгой – в отцовском понимании – никто из Олексиных так и не встретился. Не стал ни писателем, ни мемуаристом, ни журналистом, ни даже книгоиздателем. И тогда, в Высоком, Надя часто думала об этом, хотя подружки по гимназии думали совсем о другом.

3

      – А он что сказал?

      – А он так посмотрел, так посмотрел!

      Все девичьи интересы


<p>1</p>

Напрасно, зря (фр.).