Небритого и очень голодного парня звали Филипп Айноа Рафаэль Хуан Сегурола де Лос Ремедиос Алькальде. Что-то из этого, несомненно, было именем, а что-то – фамилией. Но, поскольку Филипп Айноа (давайте называть его так) был баском, а жители этой маленькой, но гордой местности любят необычные для сибирского слуха имена, то что именно в этом перечне могло считаться фамилией, мы не знаем. Да это и неважно. Важнее то, что Филипп Айноа был новым начальником дальнередькинского отделения Интерпола. И новое назначение его не слишком радовало.
Так уж повелось, что в Дальнередькинск вот уже лет двадцать ссылали тех, кто чем-то проштрафился или не сошелся характерами с европейским начальством. Филипп Айноа, парень по-баскски горячий, пострадал за свой служебный энтузиазм.
– Тебя интересует русская мафия, да, Алькальде? – заместитель шефа испанского бюро Интерпола кипел от злости как чайник, и даже подпрыгивал в кресле. Это было очень смешно, но Филипп Айноа стоял с каменным лицом, уткнувшись взглядом в пресс-папье на обширном столе начальства.
– Ты на ней совсем свихнулся, дружок! – продолжал реветь шеф. – Я закрывал глаза на твои художества, но это… Русские туристы с кобальтовой бомбой?! Почтенное семейство богатого московского бизнесмена, который привез в подарок своим испанским друзьям их национальный… как его там… – шеф сверился с планшетом, – samouwar! Вот что это было! И ты надел на них наручники, а потом вывез из зала прилета как обезьян!
– Сведения нашего информатора были точны… до этого… – покаянно пробормотал Филипп, не отрывая взгляда от чертова пресс-папье с головой дракона на ручке.
– До этого?!
Заместитель шефа как-то очень быстро успокоился. Он повозил пальцем по экрану планшета и нехорошо улыбнулся.
– Сдается мне, что у меня есть, чем остудить твой пыл, Алькальде. Причем, хорошенько остудить в прямом смысле. Отправляешься в Сибирь.
– В Сибирь? – Филипп потрясенно уставился на лысину шефа. О Сибири баск знал только то, что туда, в бесконечные снега, ссылали преступников и неугодных. – Но шеф…
– В Сибирь, мой дорогой Филипп, в Сибирь. Я сказал!! – внезапно заорал заместитель начальника так, что покачнулось даже пресс-папье. Филипп Айноа похолодел, потому что припомнил рассказы о русском городке с непроизносимым названием. О нем очень любил вспоминать пожилой комиссар Диего Озокобальса, однажды в этом месте побывавший.
– Я ездил туда с делегацией, парень, – опрокинув в глотку стаканчик виски, подмигивал он Филиппу в субботнем баре, – году этак примерно в девяносто третьем. Да… И скажу тебе, это не для слабаков!
Дальше