Порох непромокаемый (сборник). Александр Етоев. Читать онлайн. Newlib. NEWLIB.NET

Автор: Александр Етоев
Издательство: Издательство К.Тублина
Серия:
Жанр произведения: Современная русская литература
Год издания: 2012
isbn: 978-5-904744-10-6, 978-5-8370-0636-4
Скачать книгу
Изнутри кололо и жгло, как будто я проглотил горячий пирог с ежами.

      Надо было срочно поделиться новостью с другом.

      Я еще раз свистнул в окошко условным свистом. Женька не отвечал. Легонько дернулась занавеска – видно, от сквозняка, – и из щели выглянул тяжелый угол комода.

      Со скрипкой он там, что ли, своей обнимается? Я нервничал, новость жгла. Я пошарил вокруг глазами, высматривая, чем бы бросить в окно, но ничего подходящего не нашел. Придется тратить драгоценный мелок. Я прицелился и запустил им в стекло.

      Мелок влетел точно в форточку, в прореху между тюлевыми занавесками. Я свистнул на всякий случай еще, чтобы не подумали на уличных хулиганов.

      Занавеска взмахнула крыльями, я вытянул по-жирафьи шею. Хитро, как преступник преступнику, мне подмигнул комод. Потом он пропал из виду, потому что на его месте вдруг возникла Суламифь Соломоновна, мама Женьки.

      И жалкими высохшими тенями, будто уменьшенные с помощью волшебного порошка, маячили между пальмами на обоях Женька и его скрипка.

      Створки щелкнули, и окно открылось. Солнце ударило из-за труб, волосы Суламифи Соломоновны окутались золотым дымом. Теперь она была не просто Женькиной мамой, она была библейской Юдифью со знаменитой эрмитажной картины. Я чувствовал, что моя голова почти уже не держится на плечах.

      Я поднял глаза и хотел промычать «здрасьте», но ее жемчужное ожерелье слепило, будто электросварка.

      – Это жестоко, молодой человек. Посмотрите, что вы сделали с птицей.

      В ямке ее ладоней лежал контуженный попугай Степа. Голова его была вся в мелу, хохолок, когда-то изумрудно-зеленый, стал грязнее обшарпанной штукатурки. Он с трудом повернул голову и хрипло воскликнул: «Умер-р!»

      Потом трагически закатил глаза. Потом приподнялся на правом крыле и, откинув левое в сторону, тихо сказал: «Вр-рача».

      К горлу Суламифи Соломоновны подкатилась соленая волна жалости. Она взглотнула, шея ее надулась, она хотела что-то сказать, но не успела – нитка с жемчугом оборвалась, и

      на серый асфальт земли просыпался звонкий дождь.

      Несчастная Суламифь Соломоновна заметалась, словно пламя в окне.

      – Ты… ты… – Она тыкала в меня пальцем, как будто это я перетер ниточку взглядом.

      – Ты… – И вдруг она замолчала, вместо губ заговорили глаза, наливаясь жемчужинами-слезами.

      Попугай в секунду превратился в живого и, разбрасывая облачка мела, поскорей улетел в комнату.

      Надо было Суламифь Соломоновну выручать. «Сейчас», – крикнул я и первым делом кинулся выручать ниточку, которую ветер прилепил к урне. Я поднял ее, бережно намотал на палец и, ерзая коленями по асфальту, пополз собирать жемчужины.

      Но ветер оказался проворнее. Он ударил тугой струей, полетели по мостовой листья, упали с проводов воробьи, толстые осенние голуби запрыгали, как войлочные мячи, и застряли в Климовом переулке.

      А когда улеглась пыль, жемчужин больше не было ни одной, все их склевали птицы. Тогда я смотал с пальца ниточку и весело помахал ею в воздухе.

      – Вот…

      Наверное, улыбка