Потому и океан уже волновался долгое время.
Во всем была виновата Мира и её жених.
Как бы не уверял себя, что меня не трогали их отношения, это было голой ложью. Я почему-то воспринимал её своей. И хоть это было не так, но мозг отказывался с этим соглашаться. Тело реагировало на воспоминания, и я болезненно сносил известие о её близости с другим.
Я задыхался от ревности, потому и насылал на людей непогоду.
И вот теперь, прорезая стихию, спешил к ней.
Глас оборвался аккурат когда я добрался до скалистого берега одного из самых многочисленных поселений в этой части океана. У смертоносного пика, прыгая с которого люди часто погибала в жажде испытать чувства, которых я не мог понять.
И подоспел вовремя – Мира уже была без чувств и шла ко дну…
Мирэя
В себя приходила тяжко. Сначала решила, что дежавю, но нет… тяжко смаргивала пелену небытия, понимая, что в пещере… Первой, из которой два лаза – чрез воду и наверх…
В этот раз, как только окончательно пришла в себя, нырнула.
Проём оказался чуть глубже, чем помнила и протяжённостью в десяток гребков. И только над головой появился светлый потолок океана, ускоренным темпом выплыла на поверхность и жадно глотнула кислорода.
Зацепилась взглядом за знакомый пейзаж, сердце принялось лихорадочно биться. И необычайная, щемящая нежность по телу побежала.
Я скучала.
По диким местам. Тишине и чистой. По красоте, не тронутой цивилизацией. И я, дитя большого города, была счастлива вернуться в свою голубую лагуну…
Вернее, он позволил мне вернуться…
Тай меня услышал!
Спас!
Ведь я не просто так оказалась в пещере. На ЕГО\нашем острове!
И поэтому бежала по берегу навстречу с ним! На миг замялась, раздумывая, куда дальше: к святому источнику? К пещере? К поселению с самками амфибий?
Последнее отмела напрочь, первое – вызывало сомнение… Так что решила всё же к пещере вначале сбегать, проверить, там ли Тайфун…
И поговорить!
Плевать, что продрогла. Плевать, что волновалась… Мне было нужно ему рассказать так много…
Входила тихо. В основную залу заглянула осторожно, но секундой погодя поняла, что… здесь никого нет.
Что ж…
Мелкие камушки шелестели под босыми стопами, уж не знаю, где потеряла кроссовки. Заученной тропой пробиралась до водопада и купальни Посейдона. А увидав знакомый силуэт в воде, от счастья задохнулась.
Уже было окрикнула Тая, протаранив кроны последних деревьев, как застыла… с ярым ударом сердца, глядя на рыжеволосую красотку, только что вынырнувшую перед ним:
– Тай, – промурлыкала его невеста, обвивая руками за шею. – Не забывай, тебе скоро к отцу.
Мириад игл вонзились в сердце. Я едва выдернулась себя из оцепенения и адской боли, разливающейся по телу. Меня топила, душила ревность. Но осознание, что я здесь лишняя, отрезвляюще