С таким отношением и жили тут – в США. И ничего поделать с этим было нельзя. Пока было нельзя. Однако были случаи, когда это обращалось как раз против самих белых людей.
– Слушай, а эту девочку не могли убить… Ну… – шериф подкрутил седые усы, и посмотрел в сторону леса. – Сама понимаешь о ком я… О Тех Кто Боится Грома…
– По-прежнему веришь в сказки шериф? – усмехнулась, через силу, Шэрон. – Не думаю, что мифы могут убивать и насиловать детей. Сколько себя помню ни один старик или старуха, даже самые выжившие из ума, не говорили о том, что эти призраки могут совершать такое. Они не трогают детей. И мы это знаем.
– Я тоже думал, что много знаю. А вот теперь подумываю – а действительно ли я знаю об этих чудищах всё…
К Шэрон и шерифу подошёл коронер, что медленно стаскивал с рук тонкие кожанные перчатки. Старик Уилбер был довольно стар, но, чего не отнять – дело свое знал отменно. И даже несмотря на преклонный возраст, по-прежнему считался одним из лучших. До Мировой Войны он в основном работал тут, в этих краях, но потом ушёл на фронт Европы добровольцем. В армию не попал, но по тыловым госпиталям повертелся немало – латая раненных и спасая жизни многих и многих. Насмотрелся там всякого – иногда такого, что приходилось заливать память алкоголем.
– Ну что могу сказать джентльмены… У нас тут поработал весьма мерзкий преступник. Жертва была изнасилована и избита. Причём избиения были очень жестокие и проходили тогда, когда нужды в этом уже не было.
– Помилуй тебя Бог… Ей всего девять лет было. Какое сопротивление она могла оказать своему убийце?! – Уэллс, с омерзением, под ноги. – Тут все истоптано их сапожищами… Посмотри сам – никто у нас такую обувь не носит… Это те самые типы, из города – рабочие фирмы, что ведут линию телефона для военных из ихней военной базы – Котляр. Это один из них убийца… Один из этих рабочих.
Шэрон и Уилбер переглянулись, понимая, что они вляпались…
Обувь убийцы принадлежала одному из строителей линии коммуникаций, что работали на правительство. А если быть точным – на одного из подрядчиков, которых нанял "дядя Сэм". Для своих работников компания "Телеграф-стрит" заказала особую партию обуви, что отличалась повышенной прочностью и имела крайне странный рисунок подошвы – свастика и две молнии. (Описываемое в этих документах время – 1936 год, когда в мире ещё не успело сложиться негативное отношение к нацистам Третьего Рейха. Примечание автора).
Как выразился один из подрядчиков компании – "даже если на нашего работника упадёт гора, то его обувь должна остаться в целости и быть готовой перейти к очередному работнику". Ни больше, ни меньше.
Странный рисунок подошвы исключал, что обувь украдут с целью перепродажи местному населению. Так что эти странные отпечатки обуви указывали на убийцу. Конечно косвенно, но всё же…
"Телеграф-стрит"