А дальше… Дальше пошла переписка по обсуждению прочитанного, завязался диалог, который не прекращается с декабря две тысячи тринадцатого года и который дал жизнь не одной книге! Обсуждение ранее написанных стихов, перепалка в мессенджерах, ибо между Москвой и Казанью семьсот восемьдесят к/м, написание общего из кусочков мыслей, образов, а иногда и просто снов… Подсказки Вселенной в виде найденных на улице игральных карт, спонтанно нарисованных на клочке каракулей, или «случайно» найденных «в тырнетах» картинок. Он начинал фразу, я её заканчивала… Всё указывало на какую-то мистику этого общения. Всё в потоке пересекалось, дописывалось, компоновалось в общий текст и шлифовалось, сначала от явных ляпов и нестыковок, потом от мелких заусенцев, неточностей и просто «апечаткоф». И так до тех пор, пока от прочтения не переставало «царапать на душе» у обоих.… Так родился проект «Зосима Тилль» и книги Зосимы. Впоследствии кто-то присоединялся к написанию, кто-то уходил…
Потом он начал писать сольно. Он выработал свой неповторимый и легко узнаваемый стиль – прочтение текстов, как и прежде, переполнено сконцентрированными мыслями, но читается легко, с иронией, иногда сарказмом и всегда заставляет задуматься о многом, оставляя в голове своеобразное послевкусие…
На выходе его очередная книга. Всё написанное он скидывает «на почитать» сначала мне и тексты прямо при чтении, на ходу начинают дальше дополняться и переписываться, обрастая образами и мыслеповоротами. Выдаю порцию критики или восхищения, молча расставляю запятые… И всегда я удивляюсь только одному… Откуда он берёт эти мысли? Как компонует текст? Как дополняет их своими или чужими стихами и как… Как это всё сходится из разных слов в его голове и складывается, как из пазлов, в одну яркую и красивую картинку?
Моё ощущение от прочитанного? Для меня его тексты, как многотоновый парфюм… Сначала бьёт в нос терпкий запах острого юмора и сарказма, освежающего твою голову морской свежестью и сквозняком. Потом он мягко переходит в горько-полынные запахи философских заметок, размышлений и зарисовок о реальности и происходящих вокруг событиях… А уходящим шлейфом – нежно-травяной запах свежескошенной травы, переходящий в еле уловимый пряный запах полевых цветов нежности и любви к написанному тексту и его читателям.
А в жизни он просто хмурый, почти всегда в чёрном или же, наоборот, в офигенно-ярком. Вся жизнь, как фраза из песни: «Он против шерсти живёт». На фотках почти всегда с сигаретой в зубах или с очередной чашкой кофе в руках. Но мало кто подозревает, что скрывается за этой мрачностью…, знают только близкие, кому он открыл свою душу, и кто хотя бы однажды увидел бесовский огонёк, мелькнувший в его глазах…
Кто читал его тексты, тот только на маленькую йоту заглянул в этот многогранный мир…
Вот такой он, Александр Чащин.
Просто человек.
Просто писатель и поэт.
Просто гений.
«…Позвольте представиться, ман и голик, голик и ман. Довожу до оргазма методом подзатыльника…» Александр Чащин. И этим сказано всё.
Марина Кажарская
Вся жизнь по Летову. Выхотьной, дрыходной и сбреда
В каждом настоящем мужчине скрыт ребенок, который хочет играть.
У самой приятной женщины есть горьковатый привкус.
Часто лицемерие у нас называют правилами приличия.
Будь осторожен, чтобы, изгоняя своего демона, ты не изгнал лучшее, что есть в тебе.
Фридрих Ницше.
Как жаль, что редко мне до сна…
Ко мне во сне приходят звуки,
Я просыпаюсь впопыхах.
Но кто обрёк на эти муки —
Искать спасения в стихах?!
Ко мне во сне приходят фразы,
Пронзают эхом спящий мир.
Бриллианты это или стразы —
Вам скажет только ювелир.
Ко мне во сне приходят песни,
Я сам пишу их и пою.
Потом не помню, хоть ты тресни,
Наверно, очень устаю.
Ещё являются видения,
Картины, коим нет числа,
Бывает, воют привидения.
Как жаль, что редко мне до сна.
Трудоголь
Настоящая жизнь, как известно, есть то, что происходит с тобой, пока заряжается твой телефон. И все мы в ней – превратившиеся в бухающих на площадке алкоголиков дети, которых родители когда-то