Упомянутая глыба походила на наклонный подиум, какие обычно используют для демонстрации машин в автосалонах. Около нее и стоял на заднице «мерседес», устало прислонившись днищем к заднему торцу каменного постамента. Ошеломленный, я тупо смотрел на памятник с взлетающей к небесам моей ласточкой и пытался понять, что же произошло ночью на поляне.
Вэл попытался объяснить:
– Я, будучи слегка выпившим, решил прокатиться на машине Майкла. Проезжая по дороге, я увидел поляну с наклонным камнем, похожим на постамент. Тут мне и пришла в голову мысль разыграть Майкла следующим образом: когда он проснется, а машины тю-тю нет – исчезла. Он бы понервничал, поорал, побегал, а я потом бы привел вас на поляну, а «мерседес» стоит как памятник на постаменте. Правда, прикольно? Вот… но когда я стал заезжать задом на камень, то немного перепутал газ с тормозом и улетел назад. Извини меня, Майкл, не переживай, я возмещу стоимость ремонта.
Мы подошли к бедолаге, и я с тоской стал прикидывать нанесенный урон. Чак увидев, что хозяин машины находится в легком ступоре, взял спасательную операцию в свои руки.
– Ты из кабины сразу вылез? – поинтересовался Дэвид.
– Я испугался и посидел в ней немного. Всё думал, что делать дальше, но потом неожиданно уснул, а утром забыл, где нахожусь, и вышел из машины, полетев вниз головой. Очень больно, – пожаловался бедокур, держась за затылок.
– Господи, откуда ты свалился на мою голову?! Признайся, тебя из Штатов специально депортировали по молодости, чтобы ты их полностью не разрушил? – уточнил я.
Вэл надулся и ответил:
– Хочу напомнить, Майкл, что это ты свалился на наши головы, когда тебя привел профессор Лурье.
Глава 3. На бульваре Сен-Жермен, или Единство четырех противоположностей
Париж, 1983 год.
Профессор Лурье, высокий мужчина в голубом стильном костюме с золотыми очками на кончике носа, смотрел сверху вниз на трех молодых людей, сидевших за столом с книгами.
– Друзья