Последние времена. Александр Эртель. Читать онлайн. Newlib. NEWLIB.NET

Автор: Александр Эртель
Издательство: Паблик на Литресе
Серия:
Жанр произведения: Рассказы
Год издания: 1883
isbn:
Скачать книгу
нить меня к себе. Я написал приятелю послание, в котором просил выслать за мной лошадей, и, спустя неделю, тронулся в путь.

      Станция, на которой приходилось слезать мне, стояла в лесу. Она уже давала предвкушение той тишины и того невозмутимого покоя, которые ожидали меня на захолустном хуторе моего приятеля: село от нее было не ближе доброго десятка верст. Все это я знал и потому, подъезжая к станции, даже ощутил некоторое замирание сердечное; я думал: прислали ли за мной лошадей?

      Продребезжал колокольчик; вылезли вялые пассажиры и с скучающим видом обозрели окрестность; громко и отчетливо обругал машинист смазчика… Затем раздался еще звонок; пассажиры скрылись в вагоны; пронзительно прохрипел свисток кондуктора, и поезд загремел, медлительно скрываясь в лесу и вызывая в чаще задумчивых сосен протяжный отзвук… Я остался один на длинной платформе, опаленной солнцем. Сторож смотрел на меня с недоумением. Крошечный начальник станции обвел мою унылую фигуру уничтожающим взглядом и величественно удалился. Пространство возле станции было пусто.

      – Не было лошадей с Ерзаева хутора? – смиренно спросил я сторожа.

      – Это с какого Ерзаева – за гаями?

      – За гаями.

      – Нет, не было. Вот с Лутовинова было, и от Халютиной барыни были лошади, а чтоб от Ерзаева – нет, не было.

      – Да ведь я письмо писал…

      Я вошел в контору и спросил: «Давно ли Ерзаеву письмо отослано?» Господин с неизбежным цветным околышем на фуражке стоял около окна и давил мух. Мой вопрос застал его на самом интересном месте: крупная муха неосмотрительно попалась под его палец и отчаянно жужжала и билась там, звеня по стеклу.

      – Вам чего? – важно промолвил он, едва поворачивая голову.

      Я повторил вопрос.

      – Какому такому Ерзаеву?

      – Александру Федорычу.

      Он промолчал.

      Я подошел к столу и сел. Господин искоса посмотрел на меня и разжал палец. Муха радостно расправила крылья.

      – Мы не обязаны сберегать письма, – строго сказал он, – у нас есть свои занятия.

      Я ничего не ответил. Это, должно быть, умиротворило его.

      – А ежели мы соблюдаем, так единственно в свободное от занятий время, – добавил он, смягчая голос, и, подошед к шкафу, спросил: – Вам – Ерзаеву?

      – Ему.

      Он порылся несколько и подал мне собственное мое письмо.

      – Разве не было оказии? – спросил я.

      – Всего не упомнишь.

      – Но если была оказия, вы должны были отослать! – воскликнул я.

      Господин изобразил на лице своем крайнее изумление и обвел меня юмористическим взглядом. Затем решительно двинул стулом, надменно выпятил грудь и, развернув громадную книгу, испещренную цифрами, яростно заскрипел в ней пером. Оставалось уходить.

      – Но почему же вы не послали, когда была оказия? – повторил я в досаде.

      На этот раз он не обратил на меня внимания. Когда же я уходил из конторы, суровый его голос с достоинством произнес:

      – Мы не обязаны, ежели у нас занятия… И мы не почтальоны.

      Я вышел на платформу. Сторож подметал пыль. Солнце пекло. Тишина стояла мертвая. Вокруг сторожа юрко суетился человечек в монашеском одеянии. Увидя меня, сторож приостановил свою работу и сказал с радостью:

      – А ведь с Ерзаева-то были!

      – Когда?

      – Позавчера. Я и забыл!.. Должно, насчет почты были: малый спросил почту и уехал.

      Я только руками развел.

      – А лошадок у вас не добудешь здесь?

      – Лошадок? Эка чего захотел! – И сторож снисходительно усмехнулся. – У нас ближе Лазовки не токмо лошадки – кобеля не добудешь.

      – В Лазовке оченно возможно достать лошадок, – вмешался монашек. Говорил он часто и дробно. Я посмотрел на него. Ряска на нем местами блестела, как атлас, и на локтях была порвана. Кожаный пояс стягивал стан. За пазухой что-то торчало. Из-под засаленной скуфейки благообразно вылезали длинные волосы, смазанные маслом. Реденькая бородка окаймляла одутловатое лицо с бойкими, плутоватыми глазками. Движения были порывисты и беспокойны. Под моим взглядом он было смиренно опустил взоры, но тотчас же снова вскинул их на меня и сладостно улыбнулся.

      – Оченно даже возможно добыть лошадок, – повторил он.

      – Да ведь это далеко.

      – Верст десять, – сказал сторож.

      – А мы вот как сделаем, – заторопился монашек, – Мы как выйдем и сейчас же, со божией помощью, на пчельник…

      – Какой пчельник?

      – Это точно, пчельник здесь есть – монастырский, – промолвил сторож.

      – Монастырский пчельник, – повторил монах. – Мы как в него, с божией помощью, взыдем, и прямо в Лазовку служку нарядим. А вы уж, ваше степенство, приношение нам за это… – И, отвесив мне низкий поклон, он спешно и невнятно забормотал: – Во славу божию… на спасение души… труждаемся и воздыхаем: монастырь убогий, скудный…

      – Вот,