Сахалинские каторжанки. Смешные мемуары. Инна Фидянина-Зубкова. Читать онлайн. Newlib. NEWLIB.NET

Автор: Инна Фидянина-Зубкова
Издательство: Издательские решения
Серия:
Жанр произведения: Юмор: прочее
Год издания: 0
isbn: 9785449625762
Скачать книгу
тора. Все имена и фамилии в точности соответствуют реальным людям.)

      Главные герои:

      Инна Зубкова – девочка

      Валентина Николаевна Зубкова (Горыня) – мама

      Иван Вавилович Зубков – папа

      Вавила Степанович Зубков – дед

      Прасковья (Паша) Никаноровна Зубкова – бабушка

      Анатолий Каргаполов – мальчик

      Нина и Николай Каргаполовы – друзья семьи

      Антонина Марковна Шарапова – учительница начальных классов

      Место действия: о. Сахалин, посёлок Мгачи 1970-е годы

      Короткими миниатюрами рассказывается о детстве в СССР на далёком острове Сахалине.

      Пролог

      Коренные и не коренные каторжане

      – На севера, на севера, на севера! На севера, – сказали доктора. – На севера, где северный народ даже в пургу не пропадёт.

      На севера отправилась Москва Брянск, Белоруссия, Литва. На севера: на Дальний на восток, на Сахалин, Курильск, Владивосток, на БАМ, Амур, в Хабаровск.

      О, сколько ж нас пропало, пропало навсегда! Там наша даль-земля, она нас понесла и всё несёт, несёт вперёд, вперёд, вперёд!

      А впереди пурга и бешеный народ. Ну кто его поймёт? То пляски-свистопляски, то мёрзлая вода, то горы-перегоры, то дружба навсегда!

      И горе рекой: хоть купайся или пой про горы-перегоры, про рыбу и про лес, про баню, прорубь, шубу.

      Ну вот и чёрт залез в истерзанную душу: «Такие, брат, дела.»

      – Зачем же я припёрся на эти севера?

      – На севера, на севера, на севера, на севера! – сказали доктора.

      Я верю, верю, верю докторам, свой север никому я не отдам!

      Пьяный доктор спит на лавке, мёрзлый город не поёт. Не помри сегодня, Клавка, сала шмат Колян несёт.

      *

      Сахалин – это такое место, куда постоянно кто-то приезжает и уезжает. Наёмники работают месяц, два, полгода, пять лет, десять и уезжают обратно. Поэтому Сахалин их глазами – это перевал база, вечный поезд, караван-сарай. Но есть и такие, кто остаётся тут навсегда. И тогда в их глазах остров постепенно превращается в родину, ту самую, самую-самую, родную и близкую. А о своей прошлой родине забывают навсегда. Вот спросишь их:

      – Ты, друг, откуда?

      А он и не помнит:

      – Дык местный я, свой! Вы чё, ребята?

      Но есть ещё и те, кто родился на острове. И их большинство. Вот им то Сахалин не кажется караван-сараем, для них это статичная территория окружённая колючей проволокой, то есть водой. И они точно знают, что тут рождённый, здесь и должен умереть. А те недосахалинцы, которые рискнули покинуть островную зону навсегда, умирают в страшных муках где-то далеко-далеко в Краснодарском крае или того хуже – в Калининграде. Ну такова участь всех предателей, не будем об этом.

      Бабушка и мама

      Деревня Поконь, близ Клинцы, голодна Брянщина. Кулачий сын поляк Красновский снарядил резву тройку и помчался по ближайшим деревням – подыскивать себе невесту. Нашёл девку сугубо русскую. Родили они Варвару красу, длинну русую косу. А как Варварушка заневестилась, так и жених ей нашёлся – Колька из древнего рода Горыня. Тем самым наши поляки окончательно обрусели и успокоились. Молодые нарожали трёх детей. Одна из них была моя мама Горыня Валентина Николаевна (9.09.1941).

      Началась война. Моего деда Николая забрали на фронт. Выдали форму, ружьё, отправили в первый бой и сказали:

      – Беги!

      Он и побежал. Упал. Наклонился над ним друг Степан:

      – Николай, что с тобой, давай подмогу!

      Глухой удар в спину Степана и грозный рык:

      – Беги, не останавливайся! Без тебя подберут.

      Больше Стёпа не увидел Горыню Колю ни живым, ни мёртвым. Обидно. Да. Погиб солдат не сделав ни единого выстрела.

      *

      Брянский ЖД вокзал – муравейник, народу тьма-тьмущая. На тюках сидит укутанный в старушечьи платки скелетик.

      – Мама, – говорит скелетик вяло. – А куда едут все эти люди?

      – Туда же куда и мы, детка, на Сахалин.

      Худосочная мать скелетика, сжала в руке заветное письмо старшей дочери. Письмо прилетело с Сахалина, в нём Лида Рякина описывала как она, её муж, брат Володя и его жена Вера сытно живут на острове, работают на шахте Мгачи (а Вера портниха в доме быта), носят дорогущие шубы из натурального меха, а весной собирают папоротник в обмен на японские вещи. «Тут как в раю. Оказывается, жизнь есть! Хватай, мать, Вальку и к нам. Вам и квартирку в бараке дадут. Правда, правда!»

      Над скелетиком склонился небритый мужик:

      – Сколько ей?

      – Шестнадцать.

      – И куда её везёшь такую?

      – В рай! То есть на сытный Сахалин.

      Мужик